На этом альбоме Боб Дилан делает каминг аут и наконец-то признаёт то, о чём мы все подозревали, когда он только записал свои первые песни в 1961-м году: он — старый. Его пронаунсы — пенс/хрыч. Он тот самый плюс в LGBTQ+, его слоган "Grey Pride!", его парад — пустая улица, потому что все сидят дома и смотрят розыгрыш лото. Все, за исключением календаря, были глубоко шокированы откровением.

Итак, это — камбек-альбом, что довольно смешно, учитывая, что последние 5 альбомов все встречались как камбеки, а провожались признанием необходимости ещё одного камбека. Что ж, как гласит таджикская народная мудрость, по камбеку-альбомбеку встречают, по чему-то-беку там ещё что-то-бек там ещё, в общем, очень мудрые слова, жаль я только позабыл.

Как и пред-пред-пред-пред-предыщущий камбек-альбом, этот продюсирует Даниэль Лануа, потому что у него, очевидно, очень большой опыт в продюсировании дилановских камбек-альбомов, но если в прошлый раз он делал акцент на просторности звука, граничащей с пустотой, то тут всё накрыто полотенцем ревёрба и эхо — настолько, что я рад, что на первом треке никто не уронил вилку, потому что она бы дребезжала до седьмого.

Как ни странно это всё работает, но не столько из-за Лануа, сколько из-за того, что именно с этой пластинкой (как и со своими другими лучшими) Дилан разрешает длящийся кризис. 'Bringin' It All Back Home' был ответом на кризис образа протестного певца. 'John Wesley Harding' — ответ на кризис славы умника. 'Blood on the Tracks' — на кризис с Сарой. 'Time Out of Mind' же — разрешение кризиса среднего возраста, примирение со старением, где единственный возможный выход — это принятие смерти. Судя по всему, Дилан был абсолютно уверен в том, что скоро умрёт (спойлер всем, кто читает этот обзор после 1997-го: к 25-летнему переизданию он всё ещё жив, и даже получил Нобелевку по литературе за строчки "Wiggle, wiggle, wiggle, rattle and shake / Wiggle, like a big fat snake"), и весь этот альбом — про прожитую жизнь, воспоминания, которые уже не вызывают чувств, и скорый конец. Ну, как скорый. Альбом длится 72 минуты и 50 секунд и содержит самую длинную (на тот момент) 16-минутную-31-секундную песню 'Highlands', а после неё туда напихали ещё 4 диска альтернативных версий, где больше клавишных и меньше эхо, и это я уже не смог дослушать до конца.

За исключением пары треков с быстрым ритмом ('Dirt Road Blues') или хорошо прописанными ударными ('Till I Fell in Love with You'), альбом ощущается как часовая поездка на скорости 30 км/ч по широким улицам пустого города, и я сходу не вспомню такого удачного сочетания атмосферы, начинки и звука, за который тут отвечает человек 15, у каждого из которого есть малюсенькая гитарочка, которая дёргает пару нот в риффе и передаёт ход другой, и, разумеется, ни одну из них не слышно, но все они ощущаются телом, примерно как инструменты на 'Astral Weeks' Вэна Моррисона. Альбом идёт по нарастающей. Я не фанат 'Love Sick' и 'Dirt Road Blues', но после них Дилан выдаёт алмаз за алмазом — 'Standing in the Doorway', 'Million Miles', 'Tryin' to Get to Heaven', 'Not Dark Yet', 'Cold Irons Bound' все попеременно ласкают теплотой звука и отталкивают прохладой лирики. Зловещие риффы в 'Cold Irons Bound' и 'Can't Wait' звучат свежо и после 6-7 минут звучания не надоедают, хотя у этих песен припев почти не отличается от куплета или куплет от припева — я не очень улавливаю, что есть что в этом потоке звука.

У меня отдельная слабость перед 'Highlands', которая опирается на примитивный рифф, до одури повторяемый двумя гитарами с небольшой задержкой друг от друга все 16 минут — настолько долго, что под конец я чувствую, как сам постарел на 16 минут. Песня рифмуется с дилановской 'Sad-eyed Lady of Lowlands' и стихом 'My Heart's In The Highlands' Бёрнса и убедительно рассказывает сюрреалистичную историю Дилана, который теряет хватку и узнаваемость, которому перечят официанты, который бесцельно бродит по городу и размышляет про «Высокогорья», куда желает попасть поскорее — очевидная метафора рая.

О, и я не знаю, что они сделали с голосом Дилана, но впервые за долгое время он не звучит, как миска гравия, в которую вставили миксер. Последний великий альбом Дилана, после которого он не записал ничего близкого! Надо признать, полученная в 75 лет Нобелевка и успех испортили Боба.

---