Это не рок-альбом, а 2 быстрых самоучителя «Разговорный английский + История элеваторной музыки» по цене одного (рок-альбома). Но я не хотел бы пинать Алекса Тёрнера за это, как сделали многие, потому что надо признать, что по меркам Арктических Макак это крайне экспериментальный альбом — настолько, что я удивлён, что оно вообще вышло под их торговой маркой, а не как сольный альбом Алекса Тёрнера, потому что на самом деле это именно он. Что тут делает гитарист? Катается на лифте туда-сюда. Басист тоже. И лишь ударник забегает в студию раз в 5 секунд, чтобы коснуться бочки. Это оставляет нас с томным вокалом Алекса, который крунит свои косые мелодии непредсказуемо туда-сюда в разные стороны примерно как макака (настоящая) за рулём машины (настоящей), пока струнный оркестр пытается с прыткостью Титаника усепть за его движениями, а мы должны сидеть в зрительном зале, орать «О, Алекс, я твой женщина, ты мой машина!!!» и в восторге хлопать ластами как морские котики.

Во всяком случае такой был план. И у меня нет проблем с этим планом. Это очень интересные песни, в которых очень много интересных нюансов, ласковый звук, приятные аранжировки, кнопочки в лифте такие аккуратные кругленькие, ковролинчик мягкий, лифтёр ещё смазливый, мурчит что-то, а также многое-многое другое (пока не могу вспомнить, позже напишу).

Сложность лишь в том, что в отличие от многих своих детуров (по большей части я про The Last Shadow Puppets), на 'The Car' нет сингла, и, нет, выпуск 'There'd Better Be a Mirrorball' синглом не делает его синглом, это так не работает. Песня становится синглом, когда фанаты начинают её напевать под нос или исполнять на посиделках, но в случае с выпущенными синглами 'There'd Better Be a Mirrorball', 'Body Paint' и 'I Ain't Quite Where I Think I Am' (что абсолютная правда, Алекс, это — студия, где нужно записывать музыку, а не твоя душевая кабина) вам пришлось бы таскать с собой на привязи дирижёра, четырёх скрипачей, мини-бар с барменом, который бы продавал заветренные бутерброды с лососем по четврёхкратному оверпайсу во время антракта, а также томную даму в вечернем платье, потому что иначе совершенно непонятно, для кого всё это.

Это интересный альбом. Не в смысле, что он интересный, а в том, что с ним интересно. Интересно, что я имею в виду? Мне тоже! Наверное, то, что он слишком хорош для бекграунд-музака. Каждый раз, когда я его ставлю и начинаю заниматься своими делами, 'The Car' на абсолютно каждой песне отвлекает и перетягивает внимание к себе. Будь то ловкие акценты (пинкфлойдовское соло под конец заглавной песни, джазовые тон и манера гитары на 'Jet Skis On The Moat', вальсирующий ритм в 'Perfect Sense', везде эти струнные пируэты в духе раннего Скотт Уокера), будь заплетающийся в изгибах мелодии крун Алекса, но как только я решительно откладываю свои дела и оборачиваюсь на альбом, все мелодии магически испаряются, припевы незаметно морфируют в куплеты, а куплеты в речетатив, и только что так сильно привлекающий моё внимание Алекс удивлённо пожимает, мол, что, нет, я никого не звал, вам показалось.

'The Car' — это музыкальный аналог пустой страницы с надписью This Page Intentionally Left Blank. В момент когда до слушателя доходит «Алекс! Да ты ж забыл написать мелодии!», Алекс такой «Ха! Я не забыл! Я их специально не написал!». Именно в этом разница между исполнителем и артистом. Если аудитории нравится то, что вы делаете, вы — исполнитель. Если аудитория плюётся, что ж, тем лучше, вы — артист!

---