Описывая обложку альбома, я хотел назвать вокалистку Шингай Шонива черножопой, но потом подумал, что это расизм. Ведь на обложке не видна её жопа — лишь чернокожий бюст. А предполагать, что у неё чёрная жопа лишь на основании цвета её лица — это действительно расисм, и я приношу свои извинения черномазой.
Так вот, обложка. Шингай занимает на ней места в 10 раз больше, чем два мужика, и это понятно — она невероятно ценный ресурс, потому что, во-первых, женщина, а во-вторых, чернокожая — вы представляете сколько грантов можно получить по социальному равенству (а оно не будет достигнуто до тех пор, пока чернокожая женщина не будет занимать в 10 раз больше места, чем белые мужики!!)?
Почему все знают этот альбом? 'Don't Upset the Rhythm (Go Baby Go)' взяли в рекламу Mazda 2, и песня тут же влетела на второе же место британского чарта, что, конечно, очень социально и очень справедливо. На эти деньги Noisettes наняли продюсера Джима Эббисса, который до этого записал Арктических Макак и Адель, позвали в соавторы профессиональных хитмейкеров и решили, что отныне каждая песня должна хлопать в ладоши и трясти жопой за слушателя.
В центре всей этой дискотеки Шингай, которая одновременно поёт, играет на басу, танцует на каблуках, хлопает в ладоши и трясёт жопой прямо в микрофон. Формула у Noisettes теперь такая: громко, блестяще, танцевально, а мелодия в этой формуле идёт четвёртым ингредиентом, где-то после бубна. Маздовая 'Don't Upset the Rhythm' не столько песня, сколько речёвка группы поддержки, у которой вместо припева три слова, повторяемые до тех пор, пока не кончится рекламный ролик... Так, стоп, почему звук ещё идёт? О нет, песня оказалась длинее ролика!
У меня смешанные чувства. С одной стороны — неплохо, с другой — как будто каплю ненастояще, такую прям здоровенную каплю, литров пять объёмом. Заглавная 'Wild Young Hearts' — неплохая песня, которую так плотно закатали в стену звука в духе Фила Спектора, что под конец она от нехватки воздуха начинает бредить каким-то рождественским хитом. 'Never Forget You' — копия Мотауна, сделанная так старательно, что её хочется сдать в музей как подлинник, а 'Saturday Night' и 'Beat of My Heart' вроде и мелодичные, но пляшут без остановки, как тёти на свадьбе, и после них запоминается только ощущение, что тебя долго трясли за плечи.
Когда группа ненадолго выключает стробоскоп, начинают проступать мелодии. '24 Hours' — тихая грустная песня на простейшем крючке, где Шингай под гитарный перебор впервые за альбом просто поёт, и оказывается, что её голос, которому больше не надо перекрикивать бубен, звучит лучше, а песня про роман длиной в сутки помнится гораздо дольше суток. 'Every Now and Then' покачивается, как старый стандарт тридцатых годов, и это самая красивая мелодия на альбоме, которую лейбл собирался выпустить синглом, даже снял на неё клип, а потом передумал и вместо неё переиздал заглавную, и та гордо доползла до 91-го места (наверное, метили в рекламу 911-го Порша). Туда же тихая акустическая 'Atticus' по мотивам «Убить пересмешника» (я это пальцем в жопу тыкаю, просто в романе был персонаж Аттикус Финч, вот я и подумал, но есть шансы и промазать — жопа тут постоянно дёргается).
Далеко не ужасный альбом, но прыганье по жанрам за последние 2 пластинки воспринимается не как искренний интерес, а попытка найти то, из чего можно выдоить как можно больше популярности. Noisettes лучше всего звучат тогда, когда отходят от шумной блестящей танцевальной формулы и сворачивают в фолк и камерный поп, где отсутствие мелодии нельзя спрятать за хлопками. Если из этих 40 минут и 36 секунд вырезать всё, что топает, хлопает и кричит "go baby go", получился бы неплохой сингл, который не купил бы никто, кроме меня (ВНИМАНИЕ! Не является публичной офертой!! Дурак я что ли всякую инди-поп хрень покупать, когда можно в интернете послушать???).