В 2014-м году со мной связался Миша Баев, начавший вконтактный паблик с музыкальными рецензиями в духе, гм, ну, типа меня (опустим всю череду музыкальных критиков, у которых я пёр как не в себя). Миша предложил делать музыкальное медиа, что мне показалось дико привлекательным. Я всегда хотел делать медиа, тогда все делали медиа, даже медиа делали медиа (Афиша, к примеру, запустила Волну, а Волна, по слухам, уже готовила к запуску Рябь), но при этом я едва умел писать музыкальные рецензии, и ничего не понимал в медиа — на слово «паблик» я многозначительно кивнул, типа, ну да, паблик, пффф, а как же ещё, хотя хотел спросить «А паблик надо скачивать или он уже в компьютере?». Мой план был в том, чтобы продолжить едва писать музыкальные рецензии, а всем остальным будет заниматься Миша. Совпадало ли это с планом Миши, я забыл уточнить.
Это был интересный опыт (так обычно говорят, когда опыт был полное говно). Очень многое пошло криво с самого начала: в команду взяли людей, которые почти не умели писать, и мне приходилось работать редактором больше, чем критиком. Требование иметь к каждому посту комикс тоже сводило зубы — я не мог определиться с персонажами, которых раз за разом просил рисовать свою супругу (бесплатно, по старой семейной традиции: я придумываю ерунду, она за это страдает), они не получались по-настоящему смешными, мне было стыдно за результат (именно поэтому кроме пары мест все комиксы из моих статей вырезаны, впрочем, вы можете пройти по сылке и НЕ посмеяться сами) и я одновременно чувствовал себя виноватым перед всеми — перед женой, перед читателями Old Ship Bar'а, которых я оставил в своей излюбленной манере бросания концов в воду, да и новой волной лалок из ВКонтакта. Необходимость целиком придумать и сваять сайт, низкая скорость Миши (Миша, если ты это читаешь, ты, наверное, ещё не дочитал до этого места), гонка за лайками, репостами и подписчиками (что привело к дурацкой привычке сорить языком для приправы (от которой я, как видите, хер избавился)), покупные репосты и выпрашивание бесплатных — со всем этим хоть тяжело, но можно было жить.
Сайт был запущен в начале декабря, и даже словил упоминание в Афише.Волне. Подложку я набросал за 15 минут и до сих пор не знаю, стоит ли мне упомянуть это на исповеди или и так сойдёт.

Проблема была в другом — я слишком поздно осознал фатальность нашего ключевого разногласия с Мишей: несмотря на хорошее знание меня, он настаивал на том, что любая музыка, набравшая достаточно поклонников, обладает качеством, докопаться до которого и есть задача критика. Как следствие, все рецензии должны были быть по итогу положительными — правило, которое я, сжав зубы, принял.
Единственное исключение было сделано для Воскресной Ненависти, которую вёл Король Телепат — человек, даже фотографию которого я никогда не видел (и, как натурал на 99.9%, совершенно не пытался представить её себе по вечерам, нет-нет). Я не помню, откуда он взялся, я не понимаю, почему он согласился, но он умел писать, не имея при этом, кажется, никакого опыта. Я отдыхал, читая его тексты, почти не редактировал, лишь изредка подкидывал шутку-другую. У него было сходу чёткое видение комиксов со своим визуальным языком и гэгами, и моя супруга на удивление легко его уловила. Всё кликнуло идеально с первого раза, и я до сих пор считаю, что это потрясающий материал, один из самых бойких за всю историю музыкальной критики в Рунете, а комикс про Боно — пик комедии, которому я лишь могу противопоставить свой комикс из рецензии на Ex Hex.
В конце 2014-го я вышел из проекта, фактически развалив его, как какой-то упырь — Смитс. В ретроспективе Stalin Sexy открыл мне то, что ещё тогда, в 2003-м, я с первого дубля наткнулся на оптимальный формат критики. Каждая рецензия — сингл, страница группы — альбом (а весь сайт, соответственно, бокс-сет, который никто не будет слушать), и нет смысла изобретать что-то другое. Но мистификация Короля Телепата была волшебной.
Под конец я хотел написать абзац с благодарностью тебе, Король. Но решил, что ты, как Телепат, и так знаешь это.
У парня, улыбка которого напоминает оскал Аллы Пугачёвой тех времен, когда телевидение еще было черно-белым, промежуток между зубов увеличился в размерах за годы неуемного пения настолько, что получил возможность уместить в себе сейчас и саму Аллу Борисовну и ее изображение в формате HD.
Салатные, простите, дни? Что он имел в виду? Я называю салатными днями время после зимы, когда мне необходимо запихнуть свою отъевшуюся жопу в гетеросексуальные джинсики, а посему ничего, кроме зеленых овощей в мой рот не попадает. Туда даже закрыт доступ частям тела моей девушки и ее бойфренда, не дай боже получу лишние калории… Тем не менее я до сих пор не могу понять какой смысл называть альбомом бонусные треки к позапрошлогоднему «2»? Открывающая «Salad Days» начинается с того момента, где заканчивается «Still Together» и откровенно напоминает звучанием брата-близнеца для «Оды Вайсрою» из доброй вселенной, где вообще все сигареты заменили здоровой пищей.
Будем честны с народом и заявим громогласно: никто не слушал «2» в день его выхода! Все класть хотели на пацана с гитарой, который выпускается на лейбле DIIV, на которых всем тоже было похуй. Правда вездесущие журналисты сделали свое черное дело и наградили общественным вниманием забияку из соседнего двора, который, как в той частушке про милые прогулки мимо тёщиного дома, хоть где-нибудь, но покажет свой пенис (*зачёркнуто*) хуй – в Интернете, на детской площадке, Тайлеру Криэйтору. А, раз никто не слушал альбом «2», Мак решил сыграть его еще раз, только в этот раз, кроме растерявших свежесть мелодий, скукожив лирику до размера блохи, которая не смогла бы удержать на трясущихся лапках хоть одну изюминку. То есть на этом фоне, даже приторная синтетическая «Chamber Of Reflection», вызвавшая в любое другое время на любом другом альбоме раскатистую аки горный ручей рвоту, здесь кажется масштабным событием, сравнимым с экспериментами по излечению рака при помощи втирания аспирина в задницу. Раньше он пел про готовку жрачки и братца, занимающегося балетом, про сигареты и свой типаж женщины, а теперь про то, как страшно жить, как трудно нести ношу популярного парня, как переживаниями занята голова, будто в ней поселилось сразу несколько Боно, правда вся эта суета сует скорее напоминает изложения ПТУшницы о смысле романа «Сто лет одиночества» Маркеса, чем глубокую личностную драму, заставляющую сопереживать.
Не стоит забывать и о том, что при всей своей простоте и неухоженности, «2» был очень хорошим альбомом и всем тем, кому наплевать на всякие мелочи, вроде музыкального прогресса, новизны, свежести и разнообразия, Salad Days придется по душе. Здесь бы удачно смотрела поговорка про те же щи, но в этот раз в супе оказалось меньше картошечки и больше капустки – равноценная замена во вселенной Демарко. Несмотря на то, что неизменный окурок снова плавает посреди тарелки, вылить это блюдо за шиворот повару не хочется, но и за добавкой не пойдешь, ибо можно насытится по горло.
В этот момент, когда я слушал Salad Days по третьему кругу, в комнату зашла моя девушка, пока ее усталый парень спал на диване в соседней комнате, и спросила, что это за жалостливая песня играет у меня уже тридцатый раз. Так и получается, что для многих Мак останется автором одной бесконечной песни, произрастающей из грядки, и уходящей корнями в светлую бесконечность, заканчивающуюся гробом. Ведь вся моя писанина не отменяет простого факта: творчество Мака Демарко – сопливое жалкое пидорастическое дерьмо, не имеющее собственной целевой аудитории. Мальчики такое слушать не будут, ибо мало рока и порой излишне заунывно (и, в принципе, западло слушать пацанчика, который красит губы помадой); девочки такое слушать не будут, ибо не Кэтти Перри, а таких доморощенных маковдемарков у нас в Россиюшке в каждом дворе по несколько штук, хоть вырезай семействами.
Кстати, а вы слышали, что телка Мака – нелегалка и живет в США на птичьих правах? Это как нужно любить бургеры и Обаму, чтобы терпеть соседство немытого барда с пубертатными усишками и улыбкой чокнутого Элайджи Вуда, упавшего на домкрат? Демарко, мне так не понравился твой новый альбом, что я нашел номер американского УФМС и сделал один телефонный звонок. Ожидай, за тобой выехало возмездие!
Сложно придумать более тупое и неподходящее название в современных реалиях, чем Atari Teenage Riot (нет-нет, не сайд-проект и вообще ничего общего с Pussy Riot, ну, кроме, глупеньких политота-стайл текстов), которое будет хоть что-то значить для лиц, не отметивших четвертьвековой юбилей. Три непонятных слова – бессмысленная каша из забытых терминов. Это равносильно тому, если Дафт Панк выпустят альбом My Space in Soul Seek, а все подумают, что это про глубинный поиск собственного места в этой чертовски непростой жизни.
Алек Эмпайр с заоблачным эго (и, судя по всему, маленькими яйчишками) как его тезка Стэйт Билдинг, славааллаху, прекратил свое жеманное сотрудничество с главной педовкой Великобритании после Моррисси (и мы не про Сэра Гея-в-Перьях Элтона Джона, который теперь больше напоминает опухшую бабенку вроде той Донателлы Версаче) – Патриком Вульфом, чтобы сосредоточиться на творчестве основного проекта Atari Teenage Riot. Для моих самых маленьких читателей поясняю, что это группа, где Немец с суровыми щщами и бицухой, как у Трента Резнора, Негр… простите, Афро-Негр и бабенка с неприметными сиськами, орут в микрофон под ладный окочурившийся электропоп. В золотые годы Алек ебашил так называемый Digital hardcore, который скатился на нет, заменив весь, собственно «райот» на рефлексирующую ностальгию по кассете лучших хитов группы Скутер.
Что именно перезагружает троица в своем альбоме Reset остается загадкой. Молодость и буйный нрав? Свои отношения с публикой? Отношения между Обамой и Путиным, перезагрузку которых пообещал потомок деда Пушкина? Или свой компьютер, на котором создавались настолько потрясающие шедевры, что Алек Эмпайр выполнил недопустимую операцию и завис? Все это, только в несколько обезжиренном варианте, нам в разное время предлагали Bonaparte, Bondage Fairies и ремиксы на Элли Голдинг, которые отлично смотрелись где угодно, но не в плеере у умудренных господ, которые не насосали, а купили себе айпод.
Не знаю, сохранился ли в настоящее время такой анахронизм как «школьная дискотека» - место, где мальчишки после одной бутылки пива корчат из себя в жопку пьяных героев-любовников, курят невзатяг, а девочки, после снизошедшей благодати в лице плаксивых припевов групп «Мальчишник» и «Пропаганда», ведут себя как шлюхи… как в реальной жизни они себя ведут, в общем – так вот, Reset представляет собой идеальную школьную дискотеку, когда никто не умеет танцевать, никто не слушает музыку, никто не обращает внимания на завуча, сидящего на стульчике в темном уголке кабинета, но главное – все вернутся домой в 8 вечера, поцелуют маму, вымоют руки с мылом, скушают свой ужин и примерно выполнят домашку по геометрии. Есть мнение, что Алек Эмпайр называет свои песни по никам участников популярных форумов, где интернет-воены обсуждают не только современные музыкальные течения, но и киноленты, правительство, взаимоотношения с противоположным полом, прошлогоднюю коллекцию Ив Сен-Лорана и постят веселые картинки. Судите сами: Street Grime, Death Machine, Cra$h, New Blood и прочие Transducer. Непаханое фрейдистское поле, на котором можно вырастить рощу фобий, комплексов и недостаток внимания со стороны папочки.
Нет, это не пиздеж о том, как раньше было хорошо, а сейчас – сферический неторт. Atari Teenage Riot всегда! были неудобоваримым говном, которым латентные бруталы оправдывали свой открытый разум и благосклонность к якобы нормальной пацанской электронной музыке, которую, как все мы знаем, слушают лишь обмазанные гелем пидоры в рэйбанах.
Чем прекрасно это мнение о всеми забытых замшелых старперах, решивших покачать толпу криками и штампованной музыкой, потерявшей свою актуальность примерно триста лет тому назад, тем, что вы нагуглите кто такая Донателла и поймете с кого рисовался образ Черепашек-Ниндзя для новой экранизации.
Дорогая Ольга, Оленька, Олечка, Олололечка! Я пишу это письмо в надежде, что ты его когда-нибудь прочтешь, и твоих познаний в рузком изыке хватит, чтобы понять весь смысл моего послания. Я понимаю, что мне, как человеку свалившему в Азию из "сраной рашки" за бабой и запахом кимчи, никто не давал права обсуждать (и тем более, осуждать) тот процесс булькающего пище-идее-варения в твоем кишечнике, но накипело. Поэтому я дам простой совет: когда решишь записать сиквел своего успешного русофильского полноформатника не забудь, что российская культура богата не только реками, краями, ермаками и прочими терминами из википедии. У нас (у них?) есть еще один элемент культуры, который представлен и развит гораздо монументальнее, нежели американская устная речь и письменность, заслуживающий более глубокого исследования и воспроизведения. Я говорю о русском мате.
Нахуярить пиздостраданий по земле, от которой ты (или твои родители, не важно) отказалась, — это половина дела. Ебнутая лирика под хуевую музыку, сопровождаемая блядским акцентом и опизденительными в своем безобразии распевами множественности голосов — вот вся суть твоего высера, получившего название «Край». Назови ты свой уебанский говнотрэш словом «ХУЯНКЦИИ», оставив песню «(S)perm krai», никто бы не задал ни единого глупого вопроса, но нет, ты решила, что сроднилась с местностью, по которой даже в Google Maps не бродила. Так и вижу, как ты сидишь в дорогом ресторане со своими друзьями нью-йоркцами, пожираешь стейк и хохочешь над холопами, ведь это так забавно — назвать песню «Altai Krai» в честь сыра. А они тебе вторят: «Ой, на фоне всего булшита с Уркаиной (или, на твой, Ольга, манер — Оркаина) и антироссийскими настроениями — это так постмодернистски, провокационно и актуально, что просто восемь и три из десяти!»
Непередаваемо хуевый альбом как итог стараний, сравнимых с пердежом в лужу, поскольку, ну давай на чистоту, кто будет его слушать? Возможно, в твоей голове он выглядел как сияющий приторный бизнес-класс с водкой «Zima», красной ковровой дорожкой, хлебом-солью, икрой, блинами, разнузданным весельем церемонии открытия Олимпиады и толстыми тетками с натертыми свеклой щеками, которым будут наслаждаться любители современного искусства на очередных модных выставках, где черно-белые фотографии садо-мазо сцен олицетворяют все беды и унижения, которые терпит бедная россиюшка со стороны более цивилизованных товарищей. Возможно, столичные фэйсбучные пидоры (зачёркнуто) щеголи, охочие до всего западного и тонко разбирающиеся не только в экономике, внутренней политике, но и во всех махинациях по распиливанию бюджета, получат приятные патриотичные эмоции от прослушивания на своем айпаде столь державного альбома, единственного честного и правильного, но мы, простые слушатели, работающие на то, чтобы Москва не сдохла с голоду, получили плацкарт с китайцами, цыганами, молдаванами, роллтоном и прочими бич-пакетами, пьяными телками, справляющими нужду прямо посреди вагона, солдатней с песнями группы Сектор Газа (которые, впрочем, звучат в разы душевнее твоего альбома), сырое постельное белье, вонючие носки соседей, орущих детей, уродские подстаканники и запрет на курение в тамбуре с первого июня. А за окном проносятся поля-леса-реки-поля-села-«поиск оператора»-поля.
Ты знаешь о России ровно нихуя, Джон Сноу. Россия — это место, где даже бабе в кокошнике могут уебать в метро, где ябутся возле мусоропровода, обколовшись марихуаной, где смеются над вами, глупые Американцы, потому что ваши лидеры и наш Задорнов давно доказали, что неумолимый пиздеж твоих сограждан обратно пропорционален мозговой деятельности (а ты наболтала тут неприлично много).
Слушай, подруга, приезжай в Россию! Посмотришь на Иртыш, мосты Приморья, снега Камчатки и поймешь, что записала абсолютную хуйню. Обычных работяг коробит от всего этого местного фолка, а когда залетная пестрая курица, угощающаяся маффинами на Манхэттене, чавкает в микрофон про дымковскую игрушку, становится непривычно тоскливо и горько. Так горько, что хочется позвонить друзьям в Мурманск и попросить лишнюю ракету, которая отправится прямиком в твою спальню. Жаль, что не ты фронтмен и идеолог группы Dirty Projectors, а то убил бы сразу двух зайцев.
Дебютный сольный альбом Деймона Албарна ждали! Вот серьезно, в местном отделении HMV была очередь из пяти-шести любознательных начинающих меломанов, которые слыхом не слыхивали о брит-попе, группе Blur, но слышали их песни в видеоиграх и рекламе, так называемой «войне» с семейным подрядом Oasis, и прочих операх, саундтреках, #супергруппесфли (да, мы ввели и запатентовали этот тэг, при следующем прочтении новости об образовании Супергруппы с Фли из RHCP на басу, вы обязательно вспомните наш светлый лик) музыке из Мали, музыки из Конго, музыки из нарисованного рта беззубой синеволосой морды, не говоря уже об участии в записи альбомов Гилберта Скотта-Херона, Бобби Уомака и ремиксе на Лану Дель Рей. Я, естественно, могу ошибаться об уровне ожидания Everyday Robots простыми смертными, но в таком случае я не могу объяснить это поголовное желание высказаться.
Складывается ощущение, что абсолютно все люди на земле изложили свое мнение об этом альбоме. Ребята из STALIN SEXY дважды написали печальное мнение о печальном релизе, заумники из «Электрокружка» похвалили и прикусили (ну, знаете, как альфа-самец прикусывает твою губу во время долгого поцелуя, не желая казаться чьей-нибудь сучкой…), даже уборщицы «Афиши» написали свои «за» и «против», краткое содержание которых сводится к «глусно немношк)))» и «СОПЛИ ГОВНО МОЙ ХУЙ 11 САНТИМЕТРОВ СОПЛИ». Что, простите? Это не уборщицы, а всамделишные журналисты писали? Я отказываюсь в это верить! Там еще Питчфорк, говорят, что-то написал, но я не понял ни слова. Нет, думаю, у них все в порядке со смыслом и грамматикой, просто написано какими-то нерусскими корявками.
Несмотря на все изложенное, «Everyday Robots» очень скучный альбом. Все это мы слышали сотню-другую раз: пианино льется, гитара звучит, голос что-то там гундит про «дай мне, леди, дай», а сам Албарн превратился в эдакого помятого барда с гитарой и кошкой. Хотя, использовав вместо струн кошачьи кишки, получилось бы немного интереснее. Я не рассчитывал на какой-то там дабстепчик или, не дай боже, трапчик от мсье, знающего толк в звуковых извращениях, но скармливать слушателю одно и то же, пропущенное ранее сквозь мозговой поток иных проектов, что страстно хочет предстать перед нами сольной работой – недопустимо! Изо всех щелей торчат уши (или, давайте назовем это «цитированием») «Plastic Beach», невнятного «The Fall», отключенного от аппарата жизнеобеспечения «Think Tank» и немного от сонливого «The Good, the Bad & the Queen», который теперь кажется дерзкой, резвой и угарной записью в сравнении с сольным альбомом столпа британской музыкальной сцены. Однако если вам только вчера подключили интернет, папка подарил первый CD-плеер (эй, купи своему бате «Из рук в руки», пусть найдет более оплачиваемую работу), а юность не обезображена шутками юмора от NME, то «Everyday Robots» имеет все шансы стать украшением музыкальной коллекции. Из одного компакт-диска. Главное, ни в коем случае не слушать Gorillaz и их сайд-проект Blur, иначе сольный альбом Албарна рискует превратиться в поджопник для катания с горки в дни новогодних каникул.
Я сам не слышал, но добрые люди поговаривают, что бывший крепостной Грэм Коксон, выбравшись на свободу, выдавал такое рубилово в своих сольных релизах, что Дэймону и не снилось. Но, чего еще ожидать от человека, который всей своей фамилией намекает, что он «на коксе»?
В «Everyday Robots» только один примечательный момент – филигранный продакшн от главы лейбла XL Recordings (который одновременно выпускает Продиджи и Адель… но так и не догадался сделать ремиксы Адель на Продиджи — что не так с их маркетологами?) Ричарда Рассела, который завернул сферического Деймона в трепыхающееся одеяло прилипчивых аранжировок. Вот и получается, как в той известной сказке: парень с драм-машинками, а снять – кто он без них? Гений, пьянчужка, сморщенный некогда плейбой, филантроп. Ну серьезно, порой складывается ощущение, что Албарн провел в Африке больше времени, чем африканцы, которые, если верить каналу Дискавери, предпочитают умирать от голода уже в 7 лет, а женятся в 9.
Прости, Дэймон, если я тут сижу такой и выебываюсь, может, мне стоило бы тебя поблагодарить за то, что меня попросту не стошнило? Я неизменно засыпал, возможно, блевал во сне, но добрая фея-крестная незаметно подчищала за мной, поэтому ничего определенного сказать не могу. Кто-то авторитетно вякнет, мол Албарн мне ничего не должен, на что я буду парировать до последнего — а вот и нихуя! После стольких лет издевательств и огромного кредита доверия Албарн должен мне как минимум отличный буйный альбом с нетривиальной электроникой, чтобы Игги Поп охренел от чужой прыти. Альбом на века, который я бы рекомендовал музеям, прохожим, читателям, друзьям, своим детям и чужим детям, наряду с конфетами и предложением довести до дома в старом тонированном универсале Вольво. Кто-то скажет – не тот возраст! Этот «не тот возраст» не мешает музыканту скакать стрекозлом по сцене и зарабатывать деньги на несчастных фанатах Blur, которых уже который год кормят обещаниями продолжения банкета, но ментальная мастурбация так и заканчивается лишь стенами, заляпанными гневом, и салфетками, мокрыми от слез.
Эй, унылый Дэймон, у меня для тебя плохие новости. Ты знал, что «уныние» — один из семи главных грехов в католицизме? По такому случаю предлагаю переименовать слово из «acedia» в «albarnia», что одновременно созвучно с Албанией, где, в прочем, тоже не шибко весело. Не знаю, видел ли ты когда-нибудь картину Босха «Семь смертных грехов и Четыре последние вещи», но у меня есть подозрения, что ты стал прототипом для одного из персонажей.
Ругать дуэт Royksopp – дело неблагодарное. Они, как и сопливая пидорская группа Queen, возглавляемая сопливым пидором, имеют свою фанатскую базу, которые одинаково терпят как танцевальные блестящие безделушки, так и напряженный трип-хоп. Ребятки-музыканты с широким диапазоном, ага. Кто-то скажет «талант», я же скажу: «хотят больше денег» и захвата чужих баз фанатских. Слава силам природы, новый мини-альбом «Do It Again» (не сиквел «Упс, Ай Дид Ит Эгейн», но порой очень похоже) записан в соавторстве со шведской певицей Робин, которой уже под сраку лет, но она всё равно выглядит достаточно моложаво и в то же время как нечто среднее между Митей Фоминым из российской гей-поп группы «Митя Фомин» и Дженезисом Пи-Орриджем, но только с маленькими сиськами.
Чем плох этот релиз для Royksopp? Всем! Чем плох этот релиз для Робина без Бэтмена – вообще ничем, это её лучшая работа. Как вы помните, сегодня — ни одного плохого слова про Ройксопп, все помои только для нашего сайдкика.
Если вы ждете привлекательной заумности конструкции «None of Dem» или срывающейся с места в карьер бурлящей драмы «The Girl And The Robot», то хочу вас огорчить - в этот раз музыка ужасна. Нет, она терпима, как терпима, если постараться, зубная боль в двадцатых числах месяца, когда прошлую зарплату потратил на десять ящиков пива (не догадавшись купить открывашку и используя резцы для откупоривания заветных бутылок), а до следующей еще ждать и ждать, вот и приходится стонать, мычать, зарываться в подушку и драматично плакать на глазах у публики — авось пожалеют. У Робин, скорее всего, похожие проблемы, иначе как объяснить ее мычание в заглавном треке? Разболелись зубы? Что она хотела сказать? Кто зажал ей рот и поволок в уголок? Что теперь с ней будет? Нет-нет, не отвечайте, просто оставьте ее там, куда уволокли и похороните, пока не завонялась.
Расплывчатая сонливая «Monument» напоминает длинную тягучую соплю из носа. Мерзко, правда? Но я не могу подобрать иной аналогии для 9-минутного трека, который скучно слушать уже на второй минуте. Однако лучше поддаться порыву и выключить (а еще лучше – удалить и никогда не возвращаться) первый трек, потому что в конце вас будет поджидать саксофон. Ох, этот саксофон… Мы все видели тупые молодежные комедии, когда парень увиливает за девчонкой и пытается казаться лучше, чем он есть. Он – физик-распиздяй, а она чирлидерша и играет в школьном оркестре. И вот, у них случается какая-то херота с саксофонистом и ей срочно необходимо раздобыть ему замену, будто та ебучая песня, которую они репетировали, станет еще хуже, без духовой партии (спойлер – не станет, обычно это полнейшее днище). Девушка обращается к задроту – умеет ли он играть на саксофоне или есть у него знакомые музыканты? Вопрос вызывает у героя непредвиденный стояк и тот, неожиданно для себя, заявляет, что умеет играть на саксофоне и с радостью ей поможет. Для саксофона, которому придется терпеть на своем мундштуке губы озабоченного слюнтяя, эта новость так же стала огромным сюрпризом. И в лучших традициях американской хуйни парень лажает от всего сердца. Издаваемые звуки сравнимы в своей элегантности лишь с пердежом в луже, зрители недоумевают, девушка сердится, но в итоге проникается симпатией к самоотверженному парню, все счастливы, занавес. Кроме слушателей, чьи уши выебали без предварительных ласк и вкусного ужина с вином. Весь этот огромный сценарий, который я обязательно продам и получу гору бабла вам на зависть, нужен для того, чтобы сократить количество символов, которые бы я потратил на абсолютно глупую песню «Sayit». Давайте устроим голосование в конце года на звание самой тупой и никчемной работы. Майкрософт Майк признается Робин, что де хочет ее (серьезно, заставлял раздвинуть ножки половину трека). Она сдается под напором харизмы и очарования, отвечает ему взаимностью. Две грязные шлюхи решили не снимать номер в мотеле, а устроили прелюдию прямо перед нашими глазами и ушами наших детей, да еще и под отвратительную музыку, которую, кажется, все топовые продюсеры (от Дэвида Гетты до Авичи) перестали делать лет пять назад.
Существует один неоспоримый факт: Royksopp умеют делать музыку и неоднократно это доказывали в прошлом. «Do It Again» запомнится нам в первую очередь первыми тремя очень печальными треками, под которые не хочется танцевать (а такая задумка была), не хочется попросту вслушиваться. Оставшиеся «Every Little Thing» и «Inside the Idle Hour Club» звучат как не самые лучшие би-сайды ко второй половине альбома «Senior», с минимумом свежих идей, но зато кучей протухших синтов, налепленных друг на друга, и вялотекущим лоу-файным кряхтящим эмбиентом. Этому релизу не хватило какой-то цепкой особой фишки, способной щелкнуть по носу даже отъявленного скептика, а если главной ставка релиза делалась именно на вокальную дистрофию Робин, то, ха-ха!, выкиньте ее в окно!
Ша, котики! Сегодня — воскресенье, а, значит, мой день. Тут должно быть красивое предупреждение о том, что я не очень большой поклонник музыки, поэтому всячески ее унижаю. Делаю я это для себя, поэтому мне абсолютно насрать на всякие там «ты не прав, на самом деле всё иначе…». Я заведую ненавистью в этом паблике и если вы, мои юные читатели, еще не научились отделять зёрна от плевел по соответствующим охуенным картинкам, сопровождающим каждый мой пост, то поясняю — в воскресенье вы не получите ничего воодушевляющего и облизанного с сочащимися слюнями, никаких надраенных задниц ваших любимцев и ничего политкорректного. Смиритесь, блядь!
Я долго думал, о чем написать. Ребятки из сексуашки Сталина слушают какой-то абсолютно неврастенический поп, сопровождая это вымученными шутками. Альбом группы продюсера Ланы Дель Рей? Кому-то не похуй? Грустные сопливые ебланы Колдплей снова грустно сопливо ебланят? Вот это новости! Поэтому я сегодня расскажу про новый альбом Hercules and Love Affair, который очень сложно ненавидеть всем космополитам и тем, кто не помнит о существовании тамагочи — это как раз был тот период, когда целующиеся парни на улице вызывали непреодолимое желание уебать, а не подойти и познакомиться с новыми подружками для шопинга. Заведующий этим веселым разношерстным цирком Энди Батлер (не buttлер, как вам может закономерно показаться, а как Ретт из Унесённых Ветром — такой же мудила), открытый гей, ньюйоркец и, к тому же, рыжий. И знаете что? Я НЕНАВИЖУ БЛЯДЬ РЫЖЫХ ЛЮДЕЙ. Мало того, что кто-то внушил им стереотип, мол, все рыжие — пиздец какие хохмачи, поэтому все их существование превращается в пестрый комок говна из желания развеселить толпу. А еще рыжие источают какой-то совершенно специфичный запах. Говорят, что они пахнут медными монетками, но мне кажется, что от них разит дурновкусием, вчерашней рубашкой, надменностью и извечным западлом.
Для чего Господь, если конечно это тот самый выдуманный персонаж, чувством юмора которого оправдываются войны, болезни, смерти детей и утконосы (уж не рыжеват ли наш Батя?), создал хаус? Нет, не сериал Доктор Хаус, не «дом», не «хаос» с ошибкой в одной букве, я говорю про танцевальную музыку. Кто-то может сказать, что хаус-музыка придумана для отвлечения от духовных скреп и развлечения людей белой расы: чтобы девочки потели, мальчики ставили под сомнение свою традиционную сексуальную ориентацию, а владельцы ночных клубов, как современные скруджи макдаки, купались в деньгах, сразу после дезинфекции туалетов от всевозможных выделений. Я же считаю, что хаус-музыка, являясь ориентиром, существует для того, чтобы отсеивать кучу непонятных людей, значащихся твоими «друзьями» в социальных сетях и со спокойным сердцем удалять их к едрене фене, либо выгонять из постели. Любишь хаус — уёбок; любишь дип-хаус — уёбок с претензией на богатый внутренний мир; любишь диско-хаус — уёбок, язычник, да еще и пидор!
The Feast Of The Broken Heart звучит настолько однобоко и вторично, что порой создается впечатление, что в тыканьи палкой дохлой крысы гораздо больше изящества, разнообразия и, чёрт побери, веселья! Представляю, какой уровень похахатывания сгенерирует тыканье палкой трупа рыжего диджея – средняя деревня будет обеспечена тотальной ржакой до самого сенокоса. Если не обращать внимания, что некоторые треки альбома являются калькой с других нашумевших в разное время хитов (в чуть ли не гэриджевой That's Not Me только глухой и не модный не услышит мотив Your Love от Totally Enormous Extinct Dinosaurs, а Do You Feel The Same? грешит эйсид-линией, встречающейся… в каждом полуторном треке из соответствующего чарта на Beatport), использует максимально простые, прямолинейные и дешёвые ходы, откровенно заебавшие на прошлых альбомах Энди Батлера. Довольно сложно поверить, что в Нью-Йорке – оплоте культуры и новаторства – подобная музыка будет пользоваться спросом. Я допускаю, что в замшелом гей-баре, где манерные ухоженные зайчики, уставшие от бесконечного насилия над «Y.M.C.A.», лапают друг друга под мелодии Hercules and Love Affair, но в таком случае нам ничего не остается, как развеять миф об их потрясающем вкусе.
С другой стороны, если ваша душа требует чего-то простого, ритмичного и не обезображенного интеллектом (читай – говна без души), то лучше потратить время на прослушивание дебютного альбома Тодда Терье. Он, по крайней мере, гораздо больший няша с красивыми глазами и внушительной бородой, чем эта конопатая американская морда.
Самое смешное заключается в том, что я не слушаю исключительно пидорскую музыку от геев (как вы понимаете, эти понятия чаще всего не взаимосвязаны, так как пидорскую музыку делают и натуралы), но Сэм Смит ворвался в мою семью одним погожим вечером, когда у меня закончились сигареты.
Почему я запомнил такой малозначительный факт? Все оттого, что я готов был проглотить язык из-за отсутствия никотина, нужда стала удачным поводом, чтобы свались из квартиры, ставшей зоной боевых интеллектуальных действий. Моя девушка спорила с моим парнем про некого Сэма Смита, который успел спеть с Disclosure, чей голос без спроса (и смазки) проник в мое пьяное тело с хорошо всем известной песенкой «La La La», звучавшей из каждой шашлычки как Галактической Империи, так и Сепаратистов. Они обсуждали его клип на песню «Leave Your Lover», где толстая глазастая жаба-мутант, напоминающая Адель, которую наполовину сожрал Бой Джорд, одновременно няшкалась с милой девочкой и черножопым… простите, афрожопым тощим бушменом. Вся эта история напомнила наши семейные посиделки, а значит, вопрос принятия встал особо остро: она говорила, что получилось довольно занимательно; он парировал и возражал. Мне нужно было выбрать чью-то сторону, рискнув получить холод, презрение и проклятия от другой части моей жизни. Я послал их нахер и сбежал в ближайший 7/11 за сигаретами, прекрасно понимая, что сентиментальные песни под скудное музыкальное сопровождение не могут быть чем-то достойным внимания любого из тех, с кем я поддерживаю контакт, но нужно же это как-то преподнести…
В тот вечер я домой не вернулся. И выключил телефон. И вот вам мой совет. Никогда не стесняйтесь заявить, что Сэм Смит – второсортное говно, раздутое средствами массовой информации до сенсационного события (мы же говорим о родственнике Лили Ален и ее братца Вонючки), лучше смиренно согласитесь на недовольное посапывание, непродолжительную драматичную сцену и холодный ужин, чем дешевый мотель, огромных насекомых в туалете и три смачные пощечины от тех, кто переволновался. Моя пассия в итоге сдалась и заявила, что Сэм Смит ей никогда не нравился, она просто решила пошутить… Гребанное влияние Джен Псаки.
Зачем я вам это рассказываю? Все просто – в моей истории больше экшена, эмоций, чувств и неожиданных сюжетных поворотов, чем во всем In The Lonely Hour, который, со слов самого музыканта, посвящен любви к парню, не отвечающего Смиту взаимностью, из-за чего наша маленькая принцесса-центнер чувствовала себя одиноко и очень плёхо плак-плак(((( Бывают моменты, когда мужики забывают, что у них пенис вместо вагины (только Джеймс Блейк гордо принял свою расселину), а значит им нужно быть сильными и смелыми: не любит парень – набей ему морду. Сломал свою дряблую кисть о его скулы? Сходи в тренажерный зал для кулаков (такие были в России до Октябрьской революции) и на йогу для очищения сознания, приведи себя в порядок, преврати гадкий бриолин в нечто более человеческое, - в общем, сделай все возможное, только перестань быть карикатурным персонажем из сериала Glee. Серьезно, мне кажется у Сэма столько геля в волосах, что там завелась новая жизнь, его головой можно драить паркет в суворовском училище.
Милые (и под словом «милые» я подразумеваю примерно то же значение, когда говорят «милые инвалиды», «милые отбросы в канаве» и т.д.) сиропные гитары, срывающийся фальцет (это же фальцет называется?), неоправданные заигрывания с соулом, гнилые аранжировки и пуд сладости на квадратный миллиметр лирики – все это вызывает не просто омерзение, а дикий хохот, когда где-то в районе «Not In That Way» приходит осознание, что во мне, далеко не подверженному мачизму и самцовости, гораздо больше турничка, семок и «ягуара», чем в этом кудрявом стонущем мешке картошки, призывающем оставить моих любовников. Хуй тебе, уебище лондонское. Если раньше я хотел с ними расстаться и бросить посреди Инчхона, то теперь, зная, что где-то по улицам шастает твоя бесформенная туша с загребущими руками, я прижму их к себе покрепче, ибо встречать лучики утреннего солнышка в компании твоей щекастой рожи – такого я даже врагу не пожелаю.
Ребятки, случилось странное. Король Телепат благодаря своим королевским телепатическим способностям умудрился послушать альбом Caribou, который выйдет только через 4 месяца. На утро Король выслал нам рецензию на эту запись с требованием разместить её немедленно, иначе он будет отрезать от заглавного трека по 5 секунд и высылать нам. Мы, разумеется, не ведём переговоров с террористами, а Король оказался настоящим джентльменом в вопросе выполнения обещаний, поэтому довольно скоро весь трек оказался у нас, расфасованный на 5-секундные кусочки. Пользуясь случаем устроить вам настоящую премьеру того, что не слышал в Интернете ещё никто, мы соединили эти кусочки снова в песню (НАДЕЮСЬ, ЧТО В ПРАВИЛЬНОМ ПОРЯДКЕ) и вывесили вместе с рецензией Короля Телепата. Наслаждайтесь!
* * * * * * *
Не знаю, что там происходит в жизни Caribou, но его новый альбом вызывает обоснованные опасения по поводу психической стабильности музыканта. Не буду долго ходить вокруг да около, но Our Love не заслуживает той любви, что он получит в октябре нынешнего года, когда, собственно, состоится долгожданный релиз. Вполне возможно, что Дэну Снейту вскружила голову вся та внезапная популярность, рухнувшая как уровень рубля на международном рынке, но, между нами девочками, Swim был действительно светлым пятном в тот год, поскольку скрупулезное отношение к звуковому водовороту и обработке вокала сделали свое дело – застряли в голове; Our Love решил пойти иным путем и стал более расслабленным, вялотекущим и попросту блеклым.
Не спасли положение даже приглашенные гости. Оуэн Паллетт, с которым Дэн сотрудничал ранее для другой своей личины Daphni, придал альбому дух эдакой патриковульфочности, когда ничем не оправданные скрипичные завывания должны вроде как стать кульминацией развития, но они просто налеплены в случайных местах и нужны ровно настолько, насколько Оуэну интересны девушки. Хочется верить, что Дэн не встречается с Оуэном и у них сугубо творческие отношения, в противном случае, их роман хлипок и вымучен: Снейт не старается в постели, Паллетт не старается со струнами. Перехайпованная звезда лейбла Hyperdub Джесси Ланза тоже зачем-то позволила арендовать свои посредственные голосовые связки для абсолютно статичного синтипопа «Second Chance».
Our Love имеет достаточно яркое деление на скучные песенки, на скучные танцевальные номера, на что-то неклассифицируемое, но тоже очень скучное (от того и пропадает всякое желание разбираться, что же нам такое подсунули на пробу). Взять хотя бы трек Mars, скомпонованный из заloopленной фразы «оа» и свирели (или дудочки, хрен разберешь как все эти штуки, вставляемые в рот и издающие звуки, называются) и монотонного ритма с примесью квазиэтники и мелодичным мычанием в духе поздних работ Radiohead. Кстати, что касается извержения любых звуков изо рта – все это вызывает какое-то неподдельное отвращение к альбому. Постоянно что-то стонет, ноет, поскуливает и бубнит. Дэн Снейт напоминает своего коллегу по цеху Bibio, и с учетом крайнего альбома и ипишки Уилкинсона это сравнение используется в качестве изящного оскорбления.
Создается впечатление, что после всей Daphni-эпопеи, когда мистер Снейт со своим альбомом Jiaolong получил положительные отзывы практически ото всех, кто имеет пальцы и не стесняется делиться своим мнением интернете, он растерял интерес к написанию простых душевных песен. Он запутался и забыл, что Caribou это не про танцы и развлечение публики, а про симпатичные мелодии с математической конструкцией, которые отлично справлялись со своей задачей в пустой квартире, в шумных торговых центрах и на танцполе, если им удосужится туда просочиться. Теперь же все смешалось – люди, кони, гэридж… Если бы такого добра не было навалом, я бы сделал удивленное лицо и первый заклеймил его званием Best New Music, но в данном случае я поморщился, перетерпел и вряд ли когда-либо вернусь к этому полноформатнику.
А теперь то, ради чего мы собрались. Эксклюзивная премьера нового трека Caribou «Our Love». Я прослушал альбом несколько раз, и выбрал наиболее яркого представителя этой самой любви – содержащий все перечисленные выше компоненты (от хаусового ритма до выебистых инструментальных вставок и нытья), но при этом наименее раздражительный из всех. И я чувствую, как все прямо-таки слушаю эту композицию, и их кровь наполняется любовью и обожанием, после чего возникает непреодолимое желание взять в руки вилы-факелы и сказать Королю Телепату о том, что он не прав. Але, людишки, вы только вчера начали музыку слушать? Если ваш вкус формируется пабликами ВКонтакта и отечественными радиостанциям, то «Our Love» рискует стать новым шлягером, если же вы умудряетесь переключаться на Border Community и Hospital Productions, то нас ждет коллективная ритуальная тошнота. Если что, ищите меня скрюченным пополам у соседней канавы. Присоединяйтесь.
Привет, дневничок!
Я сижу в добровольном заточении гостиницы на окраине Шанхая и чувствую себя персонажем второсортной книги Харуки Мураками. Я поглощаю пиво литрами, у меня был никчемный в своей топорности и лишенный всяких изысканных подробностей секс с кулаком правой руки, только вместо джаза мои будни сопровождает новый альбом GusGus. И этот пост будет о любви…
Представляешь, мне сказал Паша, что ему сказал какой-то парень, что ему кажется, что «Король Телепат вообще никого не любит». Эта новость на мгновение заставила забыть об удручающей жаре за окном, из-за которой все планы долгожданного выходного дня накрылись чем-то большим и волосатым* - никто не желал стать испепеленным раньше назначенного срока, а значит пришло время слушать музыку. Знаешь, днявка, я люблю лишь одного человека – себя, и очень переживаю, если моему любимому человеку становится плохо. Сегодня свету моих очей отвратно от прослушивания GusGus и я страстно желаю наказать обидчиков. Начнем с того, что раньше гусигуси воспринимались не на уровне осмысленности, а эмоциями, когда ты мог вообще не понимать что происходит в их звучании, но тебе это либо нравилось, либо вызывало диссонанс.
Вышедший в 2011 году Arabian Horse, поголовно признанный главным альбомом группы, как никогда ранее заигрывал с радиоформатом, обладал понятным минорным прогрессом и попросту был хорош. Mexico записан на волне успеха предыдущего полноформатника одурманенными сукабля денежными чеками головами, из которого изъяли вообще все, что заставляло бы слушателя хоть немного углубляться в музыкальное полотно, ранее умудряющееся удивить, обмануть ожидания, завести на окраины и там бросить тебя обезвоженного и с избитыми ступнями. Новый альбом рьяно желает понравиться вообще всем: улыбчивый выхолощенный электропоп из припевов-куплетов и обработки нуёбтвоюмать незамолкающего вокала там, где это совершенно ненужно (от того «Another Life» кажется посмешищем, но никак не серьезной песней о переживании одинокой женщины), сладковатые сэмплы, простой, как актерская игра Райана Гослинга, ритм и полнейшее отсутствие каких-либо сюрпризов. Подумать только, этот голос некогда стонал под восхитительные слоистые конструкции 24/7, а теперь все тот же мужик устраивает словесную порнуху под глупенькое туц-туц-цут-туц.
В погоне за миловидностью появилась навязчивость и однообразность. Казалось бы, мой путь из Пекина в Шанхай, совершенный в бизнес-классе, ничто не могло омрачить: бесплатная выпивка, мягкие кресла, морозный воздух из кондиционера, но где-то в районе «God-Application» я распсиховался и выключил свой плеер, швырнув его в стюардессу. Это все та же танцевальная музыка, не имеющая ничего общего с тек-хаусом, но формата киосков с шавермой; некоторые моменты, как например «Airwaves», звучат будто внебрачные забракованные бисайды к синглу «Over», используя все те же приемчики, так полюбившиеся публике ранее. И, пожалуйста, не верьте треку «This Is Not the First Time», на самом деле это первый в истории GusGus случай, когда получилось такое откровенное говно.
Не исключаю, что GusGus вступили на путь примитивизма осознанно – теперь о них узнает еще больше людей, которые будут возносить своим ссохшимся мозгом и «синдромом утенка» Mexico, а Arabian Horse станет изгоем, ибо чуть более сложная копирка. И плевать, что «арабский скакун» вышел на три года раньше, такие люди обычно не обращают внимания на даты. Главное в нашем случае не подпускать новообразовавшиеся фанатские опухоли к Forever, в противном случае где-то на «Need In Detroit» они вполне смогут заклеймить GusGus сатанистами и сорвут их концерты в России, позвонив по кое-какому телефону и сообщив кое о чем.
Что, полезли искать в аудиозаписях ВКонтакта «Need In Detroit»? Доброе утро! Mexico теперь не кажется таким уж хорошим, правда?
* - У шутки есть продолжение. Кто-то любопытный и недогадливый обычно уточняет: чем именно? На что дается громогласный ответ: «ПИЗДОЙ!», но в данном случае все сразу же подумали об обложке альбома Mexico
От: empr@polydor.com
Кому: hqmarketing@polydor.com
Коллеги, привет! Вас беспокоят из PR-отдела по развивающимся рынкам, мы отвечаем за информационную поддержку релизов. Как вы знаете, через 2 недели в северной Африке, Ближнем Востоке, странах Азии и России намечен лонч нового альбома Ланы Дель Рей.
Мы сейчас думаем над тем, как это лучше преподнести консьюмерам. Напомню, корпоративный сегмент проглотил альбом на ура, предзаказы просто зашкаливают – спасибо инфографике «Как трансляция Ланы Дель Рей в рабочей зоне влияет на производительность» (ну, там, где Лана почти голая на фоне красного Ягуара-купе и надпись «Порадуй меня. Купи мне… мой альбом»).
Всё бы ничего, только... Друзья, мы тут профессионалы и умеем отличать личное от рабочего, надеюсь. Короче говоря, мне сложно справиться с этой задачей, потому что альбом мне не очень понравился – из-за этого сложно придумать подачу консьюмерам. Я про эти все оторванные от реальности мелодрамы, ну понимаете :) так и хочется сказать «чувства для педиков» как в пресс-паке к альбому Van Halen, помните? ;)
В общем, у меня сложность. Я пытаюсь с разных сторон подойти к пластинке, чтобы найти толчок для пиара, но чо-то как-то грустно :) Вроде ж у нас по всему миру заход с «West Coast» идёт, но вот для Азии West Coast – это, простите, Франция, они же не поймут, почему Лана про Францию поёт. В Северной Африке вообще только 3% знают слово Бруклин, согласно ежегодному исследованию «American Influences» от B2C International, при этом эти 3% думают, что Бруклин – это американский президент, который на 5-долларовых купюрах. В России сейчас с этой ситуацией с Украиной я бы вообще слово «Ultraviolence» не использовал. Мне вообще не нравится, конечно, тема про насилие. Почему вы ей разрешили так назвать альбом и как быть в этой ситуации? Давайте что-нибудь придумаем.
_____________________________________
От: hqmarketing@polydor.com
Кому: empr@polydor.com
Дорогой пиарщик. Я понимаю, что пиарщика хлебом не корми, дай только раздеть женщину, вручить ей молот для облизывания и усадить на ядро для сноса домов. Но, с другой стороны, я читаю твои должностные обязанности и на работу тебя взяли лишь с одной целью – продавать котиков мышам. Ваши, именно Ваши, дорогой мой пиарщик, чувства по поводу альбома никоим образом не должны повлиять на работу, поскольку мы подписывали Лану Дель Рей не с целью получить еще одни «поющие трусы», а вернуть человечеству тот самый блюз, который так был популярен ранее. Вряд ли нынешнее поколение повесит на Элвиса или Дженис Джоплин хэштег «попса», притом, что оба собирали стадионы и пели личные песни, доступные для неопределенного круга лиц.
Так и Лана Дель Рей со своим образом, пусть немного фривольным, но однозначно знающим себе цену, закрывает пустующую часть рынка, не воспринимающую всех тех выскочек, поющих про любовь-конфетки под смачные дабстеп-дропы и трэп-хуки. Она восхищается мужчиной, восхваляет его, подчиняется ему, обожает всем сердцем, тем самым, получая ненавистные взгляды из феминистических притонов, и в этом ее уникальность. Запретное удовольствие, обдающее прохладой, которое не спросит, чем я занимался и не осудит, если был неправ.
Боюсь, я не смогу Вас убедить в обратном, но достаточно послушать «Cruel World» с её повторяющимся нарастающим звуком, поверх сухих ударных и прихиппованной гитары. Кто еще на современной сцене делает нечто подобное? Никто! Обратимся к аутентичному каверу песни Нины Симон «The Other Woman», которую рано или поздно приметит Тарантино и категорически захочет использовать саундтреком для какого-нибудь очередного безвкусного кровавого месива, отличный состаренный трек про женщину и от женщины, которую стоит ждать всегда.
Мы будем во всем поддерживать Лану Дель Рей, поскольку она предлагает современный блюз без чужеродных вкраплений – музыку, которая составит компанию пьянчужке, намыливающем петлю в дешевом мотеле посреди недопитой бутылки бурбона за двадцатку; когда кто-то курит в окно, пытаясь сосчитать первые закатные звезды, а потом возвращается в соседнюю комнату ухаживать за престарелой матерью, выгоняя из головы случайные предательские мысли о том, что приход смерти этой ночью стал бы большой удачей; когда ты выбираешь аккомпанемент для последнего танца с человеком, с которым больше никогда не встретишься, ибо это тот самый случай, когда маленькая для других Земля, где все пересекаются друг с другом по нескольку раз, становится необъятной планетой именно для вас двоих.
Главная прелесть песен Ланы Дель Рей в том, что она пишет интересные с точки зрения фонетики и веские припевы. Можно сколько угодно обвинять ее в пустоголовости (это информация исключительно для личного использования) и примитивности текстов, тем не менее, достаточного одно прослушивания, чтобы песня осталась в голове, а знакомые моменты-маячки загорались в голове, освещая вроде бы неизведанный путь. Это касается вообще всех песен, в особенности «Money Power Glory», которая после «хотелок» денег, власти и славы превращается в нечто поистине милое и въедливое. Тем же «грешит» «Sad Girl», со своими воздушными гласными звуками. Не мне вам объяснять – чем доступнее песня для повторения, тем лучше она запоминается даже после случайного прослушивания и напевается в толпе прохожих. Да что там говорить, Лана смогла даже меня убедить в том, что я прекрасен, когда плачу.
«Чувства для педиков», говорите? Покажите мне хоть одного педика, который живет с мужиком не ради половой, простите, ебли? Субкультура пидорасов, эдаких чувственных и ранимых мужчин, растаяла несколько лет назад, теперь грустят лишь одиночки, которым нечем заняться.
Если я правильно понял, то вас беспокоит название альбома «Ultraviolence», позаимствованное из «Заводного апельсина»? Многократное повторение слова «cum» в «Old Money» никоим образом не затронуло ваши трепетные чувства?
_____________________________________
От: empr@polydor.com
Кому: hqmarketing@polydor.com
Копия: ceo_office@polydor.com;
Дорогой маркетолог, я смотрю, Вы в кой-то веки решили послушать альбом, который проталкиваете на рынок, это похвально, я раньше такого за вашим братом не замечал.
Вы мне пишете про песни, и то, как Вы расчувствовались под них – меня это волнует слабо, равно как и то, что лично мне эти песни не понравились. Я, по-моему, довольно чётко описал, что, в отличие от Вас, могу разделять личное и профессиональное. Вроде бы я обратился со вполне ясной просьбой – помочь придумать заход Ланы для консьюмеров на развивающихся рынках, потому что альбом вообще не выглядит, как на что-то нацеленный. Пробовали продавать кусок экспоната из музея? Элвис, блюз, старые Кадиллаки – вот, что Вы мне предлагаете впарить аудитории. Знаете, к примеру, почему при восхищении всех теми же старыми Кадиллаками и их формами, GM не ставит этот ретро-шлак на конвейер? Да потому что его никто не купит. Потому что всем нужна компактная едва нюхающая бензин машинка с кучей свистелок и перделок типа обогрева жопы. Вы мне предлагаете выкатить мамонта в бриолине на современный рынок с криком «Налетай!» – начинает доходить абсурд ситуации?
Вы же, по-моему, числитесь, старшим маркетологом, верно? Своими бреднями вместо конкретных ответов на вопрос «О чём вы думали, когда утвердили альбом?» Вы подтвердили мой тезис: ваш отдел вообще не имеете никакого плана, что явно свидетельствует о Вашей лично профнепригодности
Мы тут в патовой ситуации. Осталось уже меньше 2 недель до лонча, а кампании нет и непонятно на основе чего её придумывать. Я хочу, чтобы Вы на секунду почувствовали себя с 12 баксами (я полагаю, это больше, чем Вы должны получать за свою халтуру тут, но всё же вообразите, что на Вас чудом свалился Ваш годовой заработок) в кармане – что Вас должно заставить потратить их на Лану, м? Что Вас должно привлечь? О чём Вы думали, когда разрешили поставить томную Лану на обложку и влепить название «Ultraviolence»? Если Вы не знаете, что скука и насилие в супермаркетах продаются плохо, попробуйте себя в чём-нибудь другом – например, для начала попытайтесь приготовить мне кофе, хотя и он у Вас выйдет кислый от Ваших слёз –судя по всему, Вас легко расчувствовать.
Я к своей работе подхожу ответственно. Да, можно «на отвали» зафигачить надписи на фоточки и пресс-релизик накатать сухонький, но как это поможет продаже? Сейчас современным женщинам, которые на 70% состоят из феминистки, Вы хотите продать слезу от том, что без Того Самого Единственного Мужчины они – ничто? В мире, где карьерный рост ценится больше всего, Вы хотите, чтобы радиостанции крутили «Fucked My Way Up To The Top»? Вы вообще понимаете, что большинство людей на планете – это гетеросексуальные пары, которые просто желают комфортной жизни без переживаний? И что мы им даём? «Cruel World»? Мне всё равно под какие гитары и ударные это звучит (хотя и звучит это тоже эхом из музея), сам посыл этих песен – кромешный ад для целевой аудитории (погуглите, что это такое – понадобится на ближайшем собеседовании в другом месте).
Коллеги из CEO-офиса, у нас тут реальная проблема. Я слабо понимаю, как этот парнишка оказался в головном отделе маркетинга, но явно по ошибке. Лажу с названием и посылом песен обсудим позже – сейчас надо срочно придумать, как продать то, что есть, консьюмерам.
_____________________________________
От: ceo_office@polydor.com
Кому: empr@polydor.com, hqmarketing@polydor.com,
Копия: reallanadelreyofficial22@gmail.com
Здравствуйте, дорогой лишенный воображения PR-отдел и сопливые маркетологи-слюнтяи. Двадцать минут назад я подписал приказ о сокращении ваших структурных подразделений на три штатные единицы в каждом – к вопросу об ультранасилии. Именно вы решили добавить «молодежности» нашему каталогу и притащили в закрома сопливых педерастичных уродцев Klaxons, именно вы, ответственные за продвижение рынка в развивающихся странах, решили выставить Sophie Ellis-Bextor славянской дурочкой СОРНИЕ ЕЛЛИС-ВЕЖТОЯ, что так не понравилось западноевропейской аудитории.
Первый альбом Ланы мы продали тиражом в 7 миллионов экземпляров по всему миру, какая блядь разница, купят ли его в Кувейте или скачают в России – рано или поздно ее голос прикоснется к уху каждого, неважно какими путями. А если с Ultraviolence мы потерпим финансовый провал, то выпустим очередной ограниченный тираж неизданных песен Битлз (точнее, это будут те же Битлз, но сыгранные в обратном порядке и в 3D). Лану Дель Рей будут слушать из любопытства, из желания понять – почему о музыке говорят, почему ей ставят радиальные оценки, не достигая усредненности.
Мне все равно, чем вы будете заниматься теперь. Главное, не мешайте мне считать деньги, полученные от продаж последнего переиздания альбомов Nirvana. Ой, черт, сбился на 17 миллиарде. Придется заново пересчитывать! Какой же я везунчик.
Кстати, подключаю к нашей переписке Ланочку. Свет мой, взгляни, как эти дурни пытаются продать твоё Ультранасилие, усладу ушей моих.
_____________________________________
От: reallanadelreyofficial22@gmail.com
Кому: ceo_office@polydor.com, empr@polydor.com, hqmarketing@polydor.com
Мой альбом молодой, свободный, как кокаиновое сердце, облитое сладким
Джеком Дэниелсом. Я в пути, чувствую себя королевой в золотых слезах и, видит Господь, мне все равно, как вы там себе меня называете. Я верна своему мужчине и его поцелуям, я откликнусь на зов и буду бесконечно права. Мы будем читать вслух битников и петь песни Лу Рида. Я несу в себе скорбь, поскольку рождена, чтобы умереть, но свою жизнь я выкурю одним страстным вдохом в сиянии бриллиантов и в объятиях своего любимого, чьи удары будут как поцелуй.
P.S. Постеры с моим альбомом лучше выставлять рядом с календарями с котятами.
P.P.S. Если есть фотографии с сигаретами, то используйте только с рыжим фильтром. Белый фильтр не совсем политкорректен.
P.P.P.S. Фотографии с алкоголем не используйте, я за прошлую промо-кампанию получила нагоняй от мамы.
P.P.P.P.S. Придумала! Сделайте фантиков, как в жвачке Love Is, на тему «Ultraviolence Is».
Когда я был маленьким, то тусовался с рэперами. Ну, как тусовался… Пил с ними портвейн в подвалах, рисовал уебанские граффити на стенах (у нас был один баллон с черной краской, потому что на красную мама не давала денег), учился танцевать брейк-данс, сочинял уличную лирику о том, как круто мне живется с моей кисой, как я глажу ее животик, а она мурлычет мне в ответ на ушко и лижет пальцы шершавым языком (потом она, правда, сбежала, облезла и обзавелась блохами и глистами, но это другая история). Но в то же время, я не слушал рэп, и братюни уважали меня за это – за то, что я слушал Линкин Парк.
Знает, гугл умеет заинтриговать. Смотрите, самый простой рецепт – достаточно под вывеской The Hunting Party написать жанр «HARD ROCK», как Король тут же превращается во влажную киску (не путайте с мокрой кошкой) и на полном серьезе решает послушать кусок говна длинной в 45 минут.
Ой, кажется, я написал главный спойлер рецензии. Ай, черт с ним, повторю еще раз: НОВЫЙ АЛЬБОМ ЛИНКИН ПАРК – ГОВНО! Но, на самом деле, не верьте мне и обязательно послушайте альбом самостоятельно, поскольку на The Hunting Party есть несколько ярких впечатляющих моментов, о которых я расскажу в конце.
Прошлый альбом Линкин Парк, впрочем, тоже был говном, позапрошлый альбом Линкин Парк был говном, позапоза… черт, я сбился. А чего еще ждать от группы, которая своим первым же треком «Keys To The Kingdom» звучит как малолетний крабкор, где женственные ебальники обезображены тройкой с минусом за последнюю контрошу по географии, тоннелями в ушах, сальными челкам, и огромными орущими ртами, как у Стива Тайлера или солиста Колдплей в том самом клипе, где он пел в лупу. Дошло, да? Пел в лупу! Открывал рот по ту сторону лупы – за лупой, я бы даже сказал.
Я не могу понять – для кого сейчас играют LP? Фанаты, которые начали свое знакомство с группой с выходом Hybrid Theory вряд ли станут слушать этот одноклеточный балаган; молодежь, у которой щемит в душе тоска, на сердце боль и взгляд смотрит в небо, скорее предпочтут поугорать и обколоться марихуаной под I See Stars, облагородившие, по крайней мере, крикливый позор смачным трапчиком. Зачем нам старперский коллектив из 6 человек, делающий музыку, с которой справилась бы хромая макака с айпэдом? Макаку и на концерты приглашать дешевле – вряд ли в ее райдере будут кокс, шлюхи и морепродукты (фу, вас тоже передернуло от морепродуктов?).
Глядите, сейчас будет опасный номер. Я напишу абзац в духе рецензентов из крупных околомузыкальных изданий (читай – соберу информацию из отечественной википедии). Майк Шинода описал роковый звук альбома как стиль рок записей 90-х: «Это рок запись. Это громко, и это рок, но не в смысле того рока, что вы слышали прежде, он больше походит на «Хардкор-панк-трэш-рок» 90-х». Он обозначил «слабый» статус современного рока в музыкальной индустрии, как вдохновение к записи более тяжелого рок-альбома, попытку выдвинуть звук рока на первый план, каким был рок в 90-х.
А теперь сыграем в игру, которая называется «я рокую как дебил» и суть ее заключается в том, чтобы добавить еще «рока» в абзац выше, но при этом не заржать и не проблеваться. Сможете? Я не смог. И не от того, что чувство прекрасного напрочь запрещает мне проводить параллели и воспринимать слова «рок» и «говно» в качестве синонимов, а потому, что под ностальгическим соусом нам пытаются всучить порцию жиденьких помоев, не пытающихся даже источать какой-либо запах - до такой степени The Hunting Party лишен выразительности. Хотя, вы правы, «пытаются всучить» - это слишком громко для рок-альбома, который вышел без особого шума, без агрессивной рекламы и, как мне кажется, исключительно в паблике фанатов группы Линкин Парк, собрав только два репоста, один из них от мамки Честера Беннингтона, которая сопроводила запись комментарием: «я горжусь сынулей))))))) вопреки божьей воли)))))))».
Я пытался словить хоть какой-нибудь фан, вслушиваясь в лирику, в надежде, что мне послышится очередной мини-шедевр, как это было с треком «Lost in the echo» с его «ты – пидор и чпокать вас неприятно», но все усилия были тщетны, от чего я окончательно загрустил. Хотя, лично тебя, мой дорогой читатель, могут развеселить крики мужика, которому вот-вот стукнет сорокет, а он так и не научился смирению и минорности в голосе. Интересно, он своей жене тоже сообщает о факте преждевременного охлаждения первого блюда фирменным «БОРЬЩ СДОХ В МУКАХ УАААААА КАК И ВСЕ ГОСУДАРСТВО ТЛЕН ГРОБ КЛАДБИЩЕ ШИНОДА!!!»?
А теперь расскажу об обещанных плюсах нового альбома Линкин Парк.
Ну, вроде бы и все!
Почему взрослые бабы поют всякую хуйню? Я могу понять Мадонну, Гагу, Бейонсе, всех тех, на кого постоянно направлены камеры и на кого натачивается карандаш журналиста (ловкий устаревший прием, на самом деле они задрачивают твиттер), даже во время поедания салата – этим людям положено петь «я люблю тебя, ты любишь меня, мы будем крепкой семьей, потому что объединены Землей». Люди ждут и верят, что вот сейчас на сцену выползет крутая Шакира и скажет мне, что я прекрасен, а холост лишь от того, что все бабы – дуры, упускают такое золотце. Но почему же всякие певички, которых слушают от силы слабоумные, не имеющие собственного мнения, и журналисты, которым нужно о чем-то писать, продолжают нести миру свои сверкающие глупости? Это проблемы с мозгом или тотальное отсутствие словарного запаса, позволяющее спеть о хтонических существах посреди отдела косметики в книжных магазинах, выбирающих себе красные макасины 43 размера? Почему слова «скучаю по тебе» и «целую тебя» (переведите их на английский, будет больше смысла в этом предложении) продолжают оставаться главными темами лирики?
La Roux, которая выглядит как сиамский близнец Рона Уизли, Кинга Крула и Тильды Суинтон после химеотерапии, с копной отвратительно рыжих волос, напоминающих что-то среднее между скальпом Джимми Нейтрона и давно испорченной зубной щеткой, раздражающая своим одинаковым во всех песнях голосом (а на дебютном альбоме еще и одинаково примитивной музыкой), решила стать чувственной, нежной и, в целом, отправить свою жопу еще в более махровые 80-е. Оговорка: первый альбом был отвратительным посмешищем, но в памяти он остался благодаря визгливым контрастным синтам и парочкой удачных секундных идей, которые были задушены бесцветным пением нашего гермафродита. Ко второму полноформатнику, если верить забугорным СМИ, чувак, отвечающий за звук, соскочил с этой старой шлюпки (внимание, здесь возможна филологическая шутка) и решил не стараться (поскольку все еще числится номинально продюсером нескольких треков), а сама рыжеволосая из «не твоей игрушки» превратилась в «бля, хочу вылезти из своей раковины и поцеловать тебя». Что, собственно, страшная тетя делала в раковине, так и осталось загадкой.
Я ненавижу этот альбом за то, что он пропагандирует уебанский синтипоп, которому давно место не просто на помойке, а в желудках (если таковые имеются) червей, пожирающих трупы. Эта легкомысленная, чурающаяся понятий «прогресс», «кульминация» и «катарсис», музыка, как сказал бы Милонов, превращает наших детей в пидоров. Не тех, что гомосексуалисты, а тех, что неправильно паркуют машину, долго выходят из метро, ебашут луки в лифтах, носят уродливые майки, не бреют рожу, пользуются сладким парфюмом, хвалят Навального, ругают курс внешней политики России, в то время, пока родители оплачивают их интернет, дарят макбуки на день рождения, берут с собой в Испанию во время отпуска. Это те пидорасы, у которых первым альбомом был сборник грейтестс хитс от Литл Бутс (скаченный по совету Афиши) – первый в истории случай, когда сборник «лучших хитов» был без единого хита, но заполненный вязкой слизью, а посему Trouble In Paradise – это такая ненавязчивая ностальгия по детству.
А еще мне просто не нравится еблет этой пустоголовой рыжей морды. Пока одни стараются экспериментировать и остаются голодным, страшные девки с минимумом затрат энергии и умственной деятельности, выпускают блеклые песни про секс, поцелуи, «ты мой рай» и прочую новогоднюю мишуру, паразитируя на достижениях прошлого, которые расхватываются, как горячие пирожки в базарный день. Обидно и одновременно логично, что веселые говноеды продолжают весело поедать говно.
Изначально я хотел написать рецензию на новый альбом Джека Уайта Lazaretto (за правильность названия не ручаюсь, нет желания уточнять и смотреть на изображение ангелов, которое тоже ангелы, дабы не началась опять вся эта катавасия с «не моргай» из Доктора Что Где Когда), но на третьем треке меня стошнило завтраком на клавиатуру. Такого не случалось даже в дни душевного упадка, когда единственным развлечением была дешёвая вонючая шлюха из порта Донхэ – но тогда я хотя бы получил именно то, на что у меня хватило денег (а точнее, я расплачивался с ней пуговицами – тётя была немного слабоумная, но не суть). Так вот, тот букет ароматов, источаемый её грязным телом, вмешивающийся в смрад от протухшей рыбы в корзине, на которой мы устроили себе лежбище, вкупе с моим перегаром, и на десятую долю не приблизились к мерзости, которую выдал мистер Уайт. Да-да, тот самый Джек, который настолько без яиц, что взял фамилию жены. Рецензии на альбомы вы можете прочитать где-нибудь еще, а я вам предоставлю рецензию на Джека целиком – чтобы вы сразу сэкономили десяток часов своей жизни и не слушали всё это подзаборное дерьмо, которым уложен творческий путь старого мудня.
Вот вам три причины моей ненависти!
1. Джек Уайт – ёбанный, сука, конъюнктурщик. Ремесленник. Станочник. Подойдёт любое слово, описывающее постановку производства на поток. Альбом за две недели – звучит как-то чрезмерно дёшево, не находите? Есть мнение (да, это только мое мнение и оно есть и будет есть), что Джек записал миллион тыщ песен, которые теперь постепенно издает, а чтобы никто не посчитал его за читера, делает промежуток в год-полтора между релизами, либо же вовсе – созывает #супергруппубезфли. Послушал я как-то обласканный всеми альбом Элифант от группы Белые Полоски (верх неуважения – мне даже лень переключать клавиатуру на другой язык), который мне понравился и побудил ознакомиться с иным творчеством дуэта. Я пошел в обратном направлении, и знаете что? Это были те же яйца, но даже не в профиль, это были ТЕ ЖЕ САМЫЕ ЯЙЦА, висящие перед моим лицом. А я не люблю, когда чьи-то яйца маячат у носа, это негигиенично!
Вот такой случай из жизни. Я познакомился с одним очаровательным юношей, который оставил мне царские чаевые, за это я почувствовал себя обязанным и решил отдать долг – накидал ему песенок на стенку (это не аналог «настрелял в каску», пошляки). Эй, ты слышал Джейка Уайта? Нет? Вот, послушай любой его альбом и тебе понравится! А теперь послушай другой его любой альбом. Что? Тебе тоже нравится? Боюсь, что ты глухой и тупой, а значит – нам не по пути!
Сколько в свое время было шуток о том, что Бенни Бенасси берет один свой трек, проигрывает его в обратном порядке, убыстряет, замедляет, меняет тональность, уменьшает громкость – все, альбом готов! Мне кажется, что Джек Уайт даже такой хуйней не занимается – он просто играет одну и ту же мелодию. Эта злоебучая гитара, этот раздражающий голос, эта невыносимая «блюзовость», мать ее дери, о которой говорят все вокруг…
Хотел вынести это во вторую причину, но это не так принципиально. Джек Уайт играет блюз. Четыре буквы. До сих пор для меня остается загадкой, как это получилось, что слово, схожее по смыслу со словом «хуйня», теперь пишется буквами Б.Л.Ю.З.? У них в Америке, кажется, теперь вообще все играют блюз – сегодня это Cold War Kids, The Black Keys и Лана Дель Рей (с продюсером по наследству), а завтра Ники Минаж и Дрэйк (я не знаю, что такое «дрэйк», просто встречал это в новостных лентах). Для закрепления осталось лишь провести неделю блюза в Макдональдсе, выдавая молочный коктейль со вкусом бурбона, а бургеры пропитывать сигаретным дымом.
2. Джек Уайт портит баб. Толстушка Мэг жила нормальной жизнью, но затем её, сука, заставили делать эти ужасные штуки с барабанами деревенским придуркам на потеху и с гастролями по всему миру. Унизительно. А Элисон Моссхарт? Солистку The Kills я могу употреблять вообще в любом виде и даже без майонезика, который делает все вкуснее. Но, стоило этой потрясающей женщине снюхаться с блюз-роковой шевелюрой Джека Уайта и попасть в The Dead Weather – все, пиздец, прошла любовь. Элисон никогда не была так уныла и вторична, как под аккомпанементы эгоистичного ублюдка Джека. Порой кажется, что я зря качу бочку на лысого мудака Билли Коргана, в то время, когда планета выдерживает гораздо большего злодея анти-Мидаса, превращающего золото в говно.
3. Джек Уайт не моет голову, но пользуется гелем для волос. Ну, блядь! Разве в этом пункте нужно какое-то объяснение? Именно поэтому, когда кто-то говорит при мне «Джек Уайт», в голове сразу вспыхивает образ шелудивой бездомной псины, которая чешет свой бок так же неуклюже, как Джек – гитару.
В мире так много бездарных ублюдков, так почему вы выбираете для обожания именно Джека?
Я пишу этот пост по принципу «вот вам еще один текст, отъебитесь, у меня есть более важные дела (например, не слушать вот эту хуевую музыку). Забегая вперед, я не слушал Liminal дальше трека «Tumbling Lights», ибо засыпал, просыпался и снова отключался. Это как нарколепсия (не в смысле, как музыка обдолбанного мудака Лепса, нет), только хуже, ведь отключающихся от реальности всегда жалеют и немного им завидуют, а нас, падающих в припадке от скучной музыки, обязательно норовят обозвать снобами, илиткой и ткнут палкой (если чем не хуже).
Что вы ожидали услышать от группы с названием The Acid? Рискну предположить, что вообще все что угодно, только не слезливые завывания бородатого австралийского мужика в духе того же бездаря Джеймса Блейка, который, при всем неуважении, делает отсутствие музыки в одиночку, в обозреваемом коллективе нихуя не делают сразу трое, один из которых достаточно видный электронщик Адам Фриленд. Ну не вяжется у меня образ взрослого мужчины, выступающего под псевдонимом RY X, с внешностью гей-мишки, который томно повествует о своей любви к кому-то там. Такие самцы должны петь о своей страсти валить деревья, умываться в родниковой воде и слушать Motörhead, не завывать «эй, Чет Фейкер, ты популярнее, чем я, выше по карьерной лестнице, у тебя есть борода, приди и возьми меня прямо на столешнице» (вольный перевод «Basic Instinct», посему рифма может немного прихрамывать). На выходе мы имеем тягучие, как сопли обычные, сопли музыкальные, в окружении тишины, робких потрескиваний электроники и порой такого взъерошенного баса, что ему стыдно часто появляться на публике – уродлив, неказист и сидит на цепи, как придворный шут. Это я вам как Король говорю – все мои комики имеют намордник и поводок.
Главная претензия к группе (кроме той, что они не смогли достаточно ярко обыграть свое название) заключается в навязчивой мысли, что они нарочно опреснили звучание и на самом деле не живут им, лишь создают востребованный продукт. Фриланд, если не ошибаюсь, ранее ебашил здравый брейкс («брякс», как его называют в этих ваших интернетах), а теперь заделался ранимой натурой с тонкой душевной организацией, желающей впасть в нарочно трендовый минимализм. Когда музыкант, создавший себе имя в одной нише, вдруг старается высказаться в противоположных жанрах – это не всегда плохо и достойно уважения, хуево лишь то, что делают они это в тот момент, когда выбранное для исследования направление получает определенную популярность.
Liminal – это квинтэссенция трендов 2014 года. Вам незачем слушать всех этих Banks, Broods, Movement, FKA twigs и прочих юродивых, достаточно ознакомиться с The Acid чтобы понять в каком запущенном состоянии находится и без того попахивающая гнильцой современная музыка. Альбом так же пригодится вам дабы покрасоваться своими недюжинными познаниями в тот момент, когда сия кинематографичная музыка заиграет в каком-нибудь дешевом летнем сериале; видели бы вы лицо моего товарища, который из уважения к Стивену Кингу продолжает вполглаза смотреть эту унылую отрыжку – экранизацию «Под Куполом» – и закричать, тыча пальцем в экран и разбрызгивая слюну, ЭТАЖИЗЭЭЙСИД!!! (первая серия второго сезона, там еще сам Кинг появился в эпизодической роли).
В остальных случаях сложно придумать ситуацию, для которой подошла бы музыка коллектива The Acid. Грустить под нее не хочется, а все зачатки хандры перерастают либо в злобу за нещадно потраченное время, либо в суицидальные мысли с последующей ненавистью к себе, но это лишь в том случае, если день действительно не задался. И вы – подросток. Тогда, какое, простите, нахер «вы»? Если ты подросток и слушаешь The Acid, то тебе необходимо отправить мне свои координаты, и я лично явлюсь и завершу твое принятие ислама, если Liminal окажется слабодейственным.
У всех уже давно отбомбило по поводу того, что Warp (перед наименованием которого люди не стесняются вставить приписку «легендарный», а шутку про «приписку» додумайте сами) подписывает модную поросль, вся суть которых сводится к трем простым правилам: а) делать парочку пиликающих звуков на радость толпе; б) привлечь к каталогу издательства самых маленьких слушателей; в) носить смешные шмотки и обильно мазать рожу кремом от морщин, дабы всегда выглядеть на 17 лет (вдруг клюнет какой-нибудь педофил, с которого затем в суде можно вытряхнуть нехилый куш?). Был еще пункт «придумывать новые тренды, которыми в последствие будут обжираться и вторить все вокруг», но он шел за буквой «г)», а букву «г» я привык использовать по иному назначению…
Примерно такая же реакция была у меня, когда уютный ламповый перечень артистов лейбла, состоящий из Boards of Canada, Autechre, LFO, Plaid, Squarepusher, Aphex Twin, пополнился именами вроде Grizzly Bear, Maximo Park, а потом был добит Born Ruffians и прочими Battles. В голове застрял один вопрос – что стало с чуть ли не главнейшим барыгой странной электроники? Зачем все эти ухоженные короткостриженые пидорасы с гитарами и песнями про любовь? Но лейблу было мало просто врезать по лицу моему чувству прекрасного, ему хотелось надругаться, обесчестить и желательно с особым цинизмом, потому что я не могу найти другого объяснения появлению такой абсолютно ненужной музыкальной единицы (на самом деле – музыкального нуля) как Hudson Mohawke. После этого тошнотворного бессюжетного месива, подписание контракта с Расселом Уайтом (имеющим в народе погремуху «ржавый» — наверное, в честь своей бескрайней любви к «ржавому тромбону») не выглядело чем-то незаурядным – очередной молокосос с лэптопом, который делает приторную танцевальную музыку, что людишки на танцполе сразу выпрыгивают из ботиночек и пускаются в пляс, напоминающий энцефалитные припадки.
Прошли года, перечисленные личности стали достаточно известными, заняли определенную жанровую нишу и обросли, если это можно так назвать, последователями. Вся композиционная безалаберность, сочетающая в себе звуки разбивающихся кристаллов, треск разломанных печенюшек, хлопков пузыря жвачки, смехуечки пикачу, саундтреки видеоигр, детский синтезатор «Casio», из которого даже Деймон Албарн умудряется выжать что-то более взвешенное и умудренное, на все это сверху, будто взбитые сливки на кучу говна, накладывается пупырчатый чавкающий бас (очень похоже по описанию на современное творчество Муджуса, да?). Именно таким был дебютный альбом героя нашего вечера Glass Swords, после которого я просто пожал плечами и сохранил самообладание. Именно таким хотелось услышать Green Language, мол, ладно, похуй, если уж ты, лейбл, который заварил всю эту кашу и вместо того, чтобы выпустить cебе кишки во славу Сатане, выпускаешь лишь новый альбом, сделай что-нибудь веселое и тупое, чтобы я со своим парнем и его девушкой мог попрыгать на танцполе, демонстрируя всем вокруг упругую задницу, затянутую в модные джинсы. Однако, даже с такой простой задачей новый полноформатник Rustie не справляется.
Во-первых, что такое Зеленый Язык? Это цвет языка Рассела, после того, как он отсосал Халку? Или условное обозначение его музыкального скудоумия, а, может, тайная шифровка для в переговоров Greenpeace, когда им необходимо втроем атаковать очередной нефтяной траулер? Во-вторых, что музыкант хотел сказать нам этим альбомом? Рассел, я не понял. Скажи мне, где я могу взять пару уроков зеленого языка или купить карманный словарик, чтобы разобрать всю эту киселеобразную мутную ерунду, которую ты пытаешься обернуть в формат мелодий? Моя правда заключается в том, что взрывных боевиков, характерных для музыкантов твоего цеха (которых из-за безудержного стремления к безудержному веселью мы терпим на этой планете, не планируя подкинуть парочку голодных пираний в ледяную воду для очередного Ice Bucket Challenge) здесь всего два: «Raptor» и «Attak» и их мы уже слышали ранее.
В чем суть моей ненависти на этот раз? Все просто – этот альбом не достоин того внимания, что ему уделяют окружающие. Я очень хотел вслушаться и отыскать причину положительных оценок крупных музыкальных изданий, которые, вроде как, разбираются в том, о чем пишут (реально, они смогли Самюэля Керриджа раскусить, чего мне не удалось и по сей день), но вместо того, чтобы услышать пресловутую изящную симфонию органической мутации баловства и качества – я получил водянистую помойную массу, которую пытаются выдать чуть ли не за лекарственное средство от депрессии, которое, в свою очередь, нагоняет тоску похлеще «комедий» с Дженнифер Энистон. Так и вижу правильный рекламный слоган альбома Green Language из параллельной вселенной: «Надоела депрессия? Вот тебе бесплатный пистолет!»
Если взять за основу, что музыкант пишет музыку в первую очередь для себя, выплескивая на нотный стан все свои чувства и переживания, то остальной материал альбома состоит из неубедительных стремлений показать человечеству свою душу, пытаясь выдумать хоть какую-нибудь мелодию, но вместо этого получается случайный набор нот, которым «подпевают» вокалисты-рэперы либо скукоженный дафтпанк в исполнении Redinho. Если же Rustie натыкал в компутере Green Language для обеспечения контрактных обязательств с лейблом, то у меня больше нет вопросов – их ты провел и заставил заткнуться на некоторое время, но меня ты не заставишь еще хоть раз вернутся к этим двум запутавшимся фламинго на обложке.
Код «красный». Ориентировка. Всем внутренним подразделениям и международным кооперирующим центрам. По данным агентурной сети, банда музыкальных разбойников, использующих имя Interpol в качестве насмешки над нами, настоящим Interpol'ом, в начале сентября предпримут очередную попытку массового международного теракта с маниакальной целью изнасиловать миллионы неповинных людей. Почерком преступников является нестандартная сексуальная девиация: все идентифицированные нами жертвы от предыдущих актов банды были изнасилованы в оба уха — для этого преступная группировка выпускает и распространяет среди доверчивых жертв так называемые альбомы, которые и делают «грязную» работу. Как сообщает наш информатор, на новом альбоме преступники пользуются особым шифром, переставляя буквы в названии. Орудие массового поражения, которым они собираются воспользоваться, известно под названием El Pintor, Pol Terin, Retinlop, Orleptin, Pertolin — есть основания предполагать, что за этим стоит выходец из русской мафии, Иван Пертолин.
Главой банды (возможно, марионеточной) является Пол Бэнкс, также известный, как Джулиан Плэнти. В надежде на то, что истина — где-то посередине, мы уже схватили Джиллиан Бэнкс, и, несмотря на её пол, допрашивали и даже сорвали верхний слой кожи — увы, под ним оказалась лишь более страшная Джиллиан Бэнкс до пластической хирургии. В любом случае, мы знаем, что Пол Бэнкс или тот, кто им управляет, — опытный игрок криминального мира. На его счету не менее трёх десятков изуродованных песен. Отличительной чертой маньяка является то, что во всех садистски изувеченных песнях вырезан или искорёжен припев — жуткое зрелище, точнее, слушаще.
Мы призываем быть реалистами — предотвратить операцию злоумышленников у нас не получится: мы контролируем не все серые каналы сбыта оружия. Наш единственный рычаг — реактивно остановить распространение их музыкального альбома, который будут скачивать доверчивые пользователи. Способов для этого не так много. К счастью, мы держим руку на пульсе самых популярных медиа-ресурсов в США и Европе. Наш отдел уже договорился с независимым изданием Pitchfork о выставлении альбому предельно низкого балла — в рамках разумного, конечно, чтобы не вызвать подозрения. Подобные переговоры, усиливаемые предоставлением компромата (в случае Райна Шрейбера, CEO Питчфорка, это была фотография, где он ест мясо — за подобным обращайтесь по адресу thomyorkeisgay@interpol.com), проводятся с ещё десятком изданий. По нашей оценке наиболее оптимальным является балл в диапазоне 4.8 — 5.6: чтобы было понятно, что альбом посредственен, но не настолько ужасен, чтобы им заинтересоваться из чувства противоречия. Рекомендуем всем кооперирующим органам придерживаться той же политики. Одной из принципиальных задач является обработка публики в Восточной Европе и России в частности — там слушатели наиболее сильно подвержены влиянию подобных звуков. Нужно договориться с Афишей (фотография, на которой Даниил Трабун тянет пушистого котика за хвост, а тот орёт от боли — по запросу), Электрокружком (медицинская справка о точном весе Павла Swerzzz'a — по запросу), попробуйте STALIN SEXY (фотография, где Сергей Жилкин и Михаил Баев трутся пенисами — у них на сайте в разделе «О нас»), и, конечно же, Rolling Stone (фотография 100-долларовой купюры, которую можно распечатать и расплатиться с этими лохами, — по запросу).
Коллеги из статистического портала помогут дополнить описание жертв и типичных приёмов банды. Возможно, также разведка сможет предоставить новую информацию о готовящемся к использованию оружии El Pintor. Призываем все правоохранительные службы присоединиться к нашей операции под кодом «КуДерь СокМа».
===============================
Сведения из архива
===============================
Лже-Interpol входят в тайный преступный синдикат, состоящий из бандформирований, играющих так называемый «пост-панк ривайвл» (другие участники синдиката: фальшивомонетчики Editors, малолетние «форточники» White
Lies и дважды
сбегающие из тюрьмы при помощи подкопов Hatcham Social). Эти группы играли невыносимо отвратительно, что одним своим существованием порочили соответствующий тэг на last.fm (сайт, предлагающий нанять киллера по вкусу) – бедный Йен Кертис настолько громко переворачивался в гробу, что пугал шумом ближайшие жилые постройки (а это, на минуточку, два километра от кладбища).
По сведениям агентурной сети, как и во все банды, в «пост-панк» группу можно попасть только пройдя испытание. Кому-то доставалось совершенно безобидное задание «сменить весь гардероб на одежду черного и темно-синего цвета», кого-то заставляли пользоваться подводкой для глаз, или, например, выломать из синтезатора все клавиши, кроме любых трех черных, а затем записать альбом с их помощью (в качестве «разнообразия» выступали бас-гитара без двух струн и неработающий микрофон), другим же через силу вливали в глотку холодное молоко в тридцатиградусный мороз, чтобы достичь каноничную хрипотцу и лень в голосе.
Как сообщают свидетельские показания (мы внедрили тайного агента под прикрытием, имя которого, само собой, не разглашается), когда в 2002 году участились жалобы на вращающегося Кертиса, которого стали называть не иначе как «сосед-буравчик», группа Интерпол совершила страшное – выкопала труп разложившегося солиста Joy Division, проделала в нем пару дырок (имеющиеся были слишком скукожены) и использовали в качестве куклы чревовещателя во время живых выступлений (не многие знают, но если прокрутить трек «Evil» задом наперёд и замедлить в два раза, то можно услышать характерный чавкающий звук, как будто басист группы проникает своим детородным органом в глазницу истлевшей черепной коробки). Этот поступок настолько ошарашил преступный синдикат, что банда Интерпол сразу была принята в ряды, без каких-либо дополнительных вопросов и заданий. Эти лишенные гуманизма безобразия продолжались пять лет и уже в 2007 году банда потеряла тело Йена Кертиса в турне, предварительно переусердствовав с алкоголем. Вот тут-то судьба не смогла стерпеть столь дерзкого поведения и самостоятельно, не прибегая к услугам потомственных колдуний, наложила на банду Интерпол порчу, итогом которой стал выпуск до умопомрачения дефективного одноименного альбома. Этот факт подтверждается тем, что даже на обложке слово «INTERPOL» бракованное (все в трещинах и рассыпается в воздухе), что можно рассматривать в качестве очередной издевки над нами, настоящим Интерполом - тем самым банда сообщила, что идет против закона и осколки труба шатал нашу международную правоохранительную организацию.
Мы не знаем, на что они надеются, решив выпустить новый альбом, но красные руки на обложке недвусмысленно дают понять, что ничем хорошим это не закончится, ведь на каждой руке есть мирно покоящийся средний палец, который в мгновение ока может стройно вырасти в неприличный жест.
Прикладываем несколько выписок из протоколов опроса свидетелей преступлений, совершенных бандой.
Эльвира, пенсионерка.
«Впервые с бандой Интерпол я столкнулась на вечеринке «для тех, кому за…», на которой обещали пост-панк сцену. Я наивно полагала, что послушаю Joy Division, Bauhaus, Cabaret Voltaire и прочих Devo, а под знакомые мелодии вспомню молодость, но вместо этого нам подсунули каких-то хмурых юношей с гитарами с таким выражением лица, будто они учуяли под самым носом огромную кучу *****. Они пытались что-то петь, но это напоминало нытье трудных подростков о том, что все девочки из параллельного класса ведут себя как дуры, родители не понимают их бунтарскую душу и поэтому скоро умрут, да еще и клей в пакете быстро сохнет. Помню, как выбежала на улицу после второй песни – а у меня ведь артрит, больные ноги и бедро постоянно ноет… И, да, нытье моего бедра гораздо лиричнее и чувственнее, чем песни этих интерполов»
Серж, студент, не знает значения слова «myspace».
«Я услышал музыку группы Интерпол в 2010 году. Мне не понравилось. Я слышал там есть басист, но бас не прокачал мою Субару.
Кто вообще делает гитарную музыку? Какие-то дедули, или что это? Я читал мнение на одном сайте, что гитарную музыку слушают только лохи, а я не хочу быть лохом. Это моя устоявшаяся гражданская позиция!»
Анна, индивидуальный предприниматель
«Я могу сказать, что Интерпол изнасиловали мое детство! Я была очень впечатлительным и доверчивым ребенком, из-за чего поверила журналу NME, который сообщил, будто Интерпол спасет музыку. Я слушала их часами, неделями и месяцами, купила себе значки с названием группы и даже попыталась пройти интернатуру в настоящем Интерполе – так сильна была моя любовь. А потом я выросла и поняла, что все это – надувательство. Вместо того чтобы слушать джаз и стать успешным человеком, я слушала вот эту ***** и теперь по уши в проблемах из-за неуверенности в себе. Меня даже бросил парень, когда нашел мои старые школьные тетради, последние страниц которых были изрисованы сердечками и словами «Пол + Анна = Любовь и Секс». Он не заревновал, нет, просто сказал, что у меня отвратительный музыкальный вкус и хлопнул дверью! Никому не удастся спасти музыку, все – тлен. Вы посмотрите, кругом эти дабстепы, бейонсы, рэперы какие-то и пиликающая дурацкая попса, мир катится на дно. Вот бы избавиться ото всех этих лейблов, диктующих правила, подложить бы им взрывчатку в фундамент…» далее запись прерывается.
===============================
Также прилагаем разведданные от наших специальных агентов, которым удалось ознакомиться с новым альбомом банды Интерпол.
===============================
Дата выхода альбома – ближе к середине сентября – подобрана с умом. Это то самое время, когда воодушевленные школьники пытаются начать новую жизнь в следующем классе, но при этом остаются с прошлогодними прыщами и огромным багажом комплексов. Ровно две недели учебного года разобьют все их надежды на потрахаться до выпускного, а посему свое несчастье они сфокусируют на дешевых алкогольных коктейлях в алюминиевых банках и музыке для простолюдинов. Именно здесь по плану выступает El Pintor, который своим холодным звучанием и бесцветным голосом солиста, пытающимся вылезти из шкуры и неубедительно сообщить нервированному слушателю, что он, слушатель, – главный субъект вожделения Пола Бэнкса. С точки зрения здоровых людей, ведущих нормальную половую жизнь, стремление Пола Бэнкса надругаться хотя бы над ушами посторонних людей, кажется тщетным и бесплодным, но для людей, с нестабильным психологическим состоянием и достаточно хилым музыкальным самообразованием, песни банды Интерпол могут показаться чувственными, лиричными и «про них».
Вторая категория, выбранная в качестве цели для совершения беспорядочной половой ебли, это старые женщины, воспринимающие середину сентября, время, которое глумливо называется «бабьим летом», как подарок судьбы. Именно в это время они натягивают свои лучшие платья леопардовой расцветки, встречаются с подругами, пьют красное вино из тетрапакетов и пытаются найти себе мужчину, ведь именно в бабье лето «все бабы расцветают заново» (это утверждение может показаться необоснованным, поскольку употребляется в связи с системным толкованием статусов в социальных сетях женщин от 45 до 55 лет). Именно таким людям может прийтись по вкусу уже не молодое, но и не достигшее сморщенности ветерана лицо Пола Бэнкса, его пергидрольная шевелюра и мяукающая манерность голоса, пронзающая глубь живота до залежей новогодней селедки под шубой. Эти женщины не вслушиваются в песни (иначе сложно объяснить их тягу к волосатой груди и жиденькой бородке Стаса Михайлова), не обращают внимания на тексты, не чураются монотонности и не зацикливаются на прогрессе, но чувствуют ритм, под который можно танцевать, разводя руки вправо и вверх, что больше напоминает утреннюю зарядку. Но, к счастью, судя по погоде за окном, наш метеорологический отдел договорился с погодой и отменил в этом году бабье лето, а значит, за милых женщин можем не беспокоиться.
За оставшуюся часть населения земного шара мы не
переживаем, поскольку El Pintor звучит крайне убого, однобоко, надоедливо, скучно и примитивно. Мы полагаем, что люди, имеющие хотя бы одно ухо, сразу почувствуют некоторое беспокойство в связи с бездушным закапыванием трупа свободного времени, которое было убито где-то в районе 4 трека и могло пригодиться человеку на следующей неделе, например, для стрижки ногтей на ногах. Нет, мы не пытаемся сказать, что стрижка ногтей на ногах кажется более захватывающим и удивительным времяпрепровождением, нежели прослушивания нового альбома Интерпол, нет… Хотя, да, именно это мы и пытаемся сказать.
Мы убедительно просим вас, наши уважаемые коллеги, донести до общественности, что эта, как они ее называют, рок-музыка опасна для людей. Своим вялым гитарным звучанием и абсолютно одинаковым ритмичным узором, музыка понижает планку требований населения, губит их инстинкт к саморазвитию и заставляет довольствоваться меньшим. Это хорошо в какой-нибудь небольшой стране на среднем востоке, которая в итоге сама выдает все химическое оружие (как выяснилось, они уже рады тому, что человечество изобрело колесо, а от обидчика можно отбиваться камнями и палками), но не для развивающихся государств. Поймите, если альбом банды Интерпол попадет в Россию, то это приведет к тому, что русские загонят себя в рамки, изменят пристрастия и научатся выживать на гречке с котлетами из магазина, а мы не можем им этого позволить! Они должны хотеть мидии и норвежскую семгу, должны видеть в своих снах пармезан и хамон, иначе все эти санкции окажутся пшиком! Пожалуйста, не допустите этого!
С надеждой на безопасное будущее,
координационный центр Interpol’а (настоящего)
Альбом ремиксов на главную спасительницу российской молодежи Наадю – это своего рода отличное портфолио всего того убожества, что происходит с современной отечественной музыкальной (ха!) индустрией (ха-ха!), которое не просто должно находиться на уровне плинтуса, но обязано протечь под пол, пробраться сквозь подвалы, через литосферу, ниже адского пекла, обогнув ядро Земли, проломить южный полюс и съебаться с этой планеты в безвоздушное пространство, дабы не позорить ни видом, ни звуком.
Remixes оставляет слишком много вопросов. Зачем на обложке релиза Нааде нарисовали четвертый глаз (если начинать отсчет с шоколадного и продвигаться выше)? Грицкевич внезапно достигла просветления и стала ясновидящей? Или пытается нас всех загипнотизировать? Зачем ей сделали прическу, напоминающую что-то среднее между Дракулой Копполы и Мамочкой из Футурамы? Она хочет что-нибудь высосать и перепродать втридорога? Сложилось впечатление, что где-то астрологи объявили неделю глаз, и их количество увеличилось на треть, чем дизайнеры из дошкольной группы не преминули воспользоваться.
Зачем так много ремиксов? Если выбрали только лучшее, то, блин, Хьюстон, у нас проблемы. Если напихали абы что, дабы не обидеть исключением друзей и коллег, то это не самый лучший ход. Где-то в районе переделки от СПБЫ слух начинает уставать от кажущихся бесконечными «гори в аду». Тем более Надежда, кичащаяся тем, что поет на Великом и Могучем, позволяет себе обороты вроде «сто дней – нет меня одней» (да, Word почеркнул это слово, предлагая всевозможные очевидные варианты), что вызывало усмешку при прослушивании оригинала, теперь кажется просто невыносимой пыткой.
Зачем Инга Коупленд оказалась такой ленивой и не досчитала до ста? Что это за шифровка? О чем она хотела сообщить своим укуренным ремиксом? Полученный гонорар за халтуру или просто забыла как считать дальше? Почему забыла? Ее выгнали из детского сада за пьянки и кутеж? Или больших цифр она в жизни не видела?
И завершает нашу интеллектуальную викторину вопрос от телезрительницы Галины Васильевны: «Выпустят ли Love Cult версию ремикса без заунывных протяжных гласных, изрыгаемых ртом Надежды Грицкевич?». Отвечать будут уста Короля, который еще и телепат: «НЕТ! Страдайте, смертные!».
Нет смысла описывать все ремиксы, поскольку в них прослеживается одна черта – музыканты выбрали простую мелодию, парочку булькающих звуков и с ослиным упорством ебашут их на протяжении всего монотонного трека, не забивая свою голову такими мелочами как «развитие», «разнообразие» и даже «слушабельность». Показательные выступления, посвященные отгремевшим трендам: кто-то заигрался с джуком, кто-то с трэпом и всех уже давно заебавшим стрекочущим звуком (но это же свое, родное, а, как известно, свое замшелое говно обычно пахнет свежестью пихты), кто-то решил, что гэридж как у Disclosure будет невероятно уместным и таким оригинальным, кто-то попытался представить себе как звучали бы песни Наади на танцполе, но вместо этого получились характерные «два кусочека колбаски у тебя лежали на столе». Я испытываю смешанные чувство, что-то между отвращением и пренебрежением, но при этом срываюсь на дикий хохот, после чего становится невыносимо грустно из-за того, что собравшийся капустник российских звездочек напоминает не команду мечты, а путешествие Аншлага по Волге. Но, как говорится, спасибо, что не Tesla Boy. Ничего-ничего, подождем пару лет, и наши ребята тоже научатся делать такой же благопристойный джангл из туманного Альбиона годичной давности.
Теперь я знаю, что единственным правильным ответом на вопрос «а что ты слушаешь из русского?» будет «ничего!». Почему русские ходят с такими суровыми лицами, а простую человеческую улыбку относят к «смеху без причины» (являющимся, как мы с вами знаем, признаком дурачины) – косвенный ответ кроется в сборнике говномиксов на говнопесни. Русские любят мазохизм! Они любят боль и страдания, любят унижение и макание в помои, любят оправдывать любое ничтожество, особенно если оно рождено в Москве. Я понимаю, что говорю гиперболизированные глупости, но другого логического объяснения этому релизу я не могу найти, извините.
Сборник ремиксов на треки Наади – эталонное говно! Я не думаю, что в этом году случится более отвратительный релиз, поэтому я принял решение всю последующую музыку оценивать в наадях – чем больше наадюшек, тем, соответственно, хуже (соответственно, этот релиз получает золотой стопроцентный сертификат говна высшей пробы – целых пять наадюшек, вынесите аплодисменты из студии ногами вперед). И будет так ровно до тех пор, пока не случится другой аутентичный выброс безвкусия в атмосферу.
Обычно всякие другие музыкальные критики после швыряния дерьмом в метод распространения позорухи прекращают писать, поскольку слушать этот кал очка уж точно никто не хочет. Я же пошел дальше (хули, один раз живем, YOLO, все дела) и послушал Songs of Innocence… И не просто послушал, а добровольно его скачал из интернета (да, я знаю одного парня, который знает парня, который переспал с парнем, который отключает автозагрузку покупок из iTunes и делает так, чтобы покупки из облака не отображались в медиатеке (облако, медиатека, о чем это вообще?), поэтому слыхом не слыхивал про U2 – счастливый гомосексуальный засранец!).
Все оказалось не так страшно и инфернально, как могло показаться на первый взгляд. U2 представили нашему вниманию сборник неизданных песен соплей (простите, я хотел написать Coldplay), The Killers (тут даже не пошутить толком, у них отродясь было уебищное название) и прочих ноунеймов с радиостанций, которые одинаково отвратительно трясут волосами и гитарами. Типичная песня U2 выглядит так - гитара, барабаны, восторженный голос Боно, будто он поет перед зеркалом, что-то там про Санта-Барбару, «разбудил вулкан страстей» (ах, отражение Боно, ах, отражение сукиного сына!), а потом это все заворачивается в симпатичный продакшн от Дэнджер Мауса, напоминающий скорее пилюлю от укачивания – тебе все равно хреново, тошнит, но блевать еще не тянет.
U2 для меня закончились на одноименной песне про дискотеку. Я подумал тогда – ладно, коль старперы запели про танцы, то следует ждать пиджаков со стразами и дабстепа. Дабстеп и пиджаки они показали на церемонии открытия Олимпиады в Лондоне (потом мне пояснили, что это была группа Muse – я как раз упал в пучину сомнений, когда не увидел Ричарда Гира на сцене – это ведь он играет в U2 на гитаре, да?), а теперь вот залезли ко всем в айподы – сложно придумать более безнравственное и циничное преступление против человечества и хорошего вкуса.
Боно и его шайке абсолютно похуй на то, слушаете ли вы их или нет, они все равно получат свой сука бля денежный чек и запишут еще больше материала. Поэтому, как вы можете догадаться, единственным выходом является смерть. Длинный путь – смерть U2 – вынужденная или естественная, без разницы. Потом лейбл издаст миллион тайных демок и секретных ремиксов, как это случилось с Майклом Джексоном, но они рано или поздно закончатся, вот тогда настанет эра спокойствия (если, конечно, к тому моменту Мадонна не склеит ласты). Быстрый путь – смерть тебя, дорогой слушатель. Если все, кто получил свою бесплатную копию альбома U2, совершат ритуальное самоубийство, может быть это заставит задуматься корпорацию Apple о чем-нибудь? Например о том, чтобы снизить ценник на Apple Watch.
Ненавидеть Тома Йорка стало очень скучно. Если раньше был хотя бы ничтожный шанс, что вот-вот, и солист группы Radiohead выпустит потрясающий материал, который я в силу собственного скудоумия не пойму, буду злиться на себя, проецируя весь праведный гнев на эгоистичного диджея и нытика, то теперь все предсказуемо хуево. Ну, как «хуево»… хуево – это хоть как-нибудь, Tomorrow's Modern Boxes попросту никакой.
Раньше было забавно – нагадишь в душу поклонником ВЕЛИЧАЙШЕЙ группы и ловишь презрение, сила которого обратно пропорциональна цифре нажатых сердечек. Теперь же, кажется, вообще все согласны с тем, что Том Йорк выдал однообразное несобранное дерьмо (редакция, зачеркните это слово и напишите «дабстеп», ладно?). Тем не менее, из-за огромной любви к Kid A и прочим «бендсам» люди не станут любить этот пост, не расскажут о нем друзьям и не поддержат мою оценку в «две с половиной наадюшки из пяти», поскольку единственный способ прославиться в Интернете – это писать про юродивых русскоязычных музыкантов, которые отираются где-то поблизости и вполне способны поделиться с читателями записью, выставив себя open-minded персоной (типа, хаха, я все воспринимаю как шутку, несмотря на горящую от обиды жопу, ибо я всего добился, а вы, хуилы, только и можете, что писать тупые комментарии в интернетах!) – с Яной блиндамед (или как ее там?) вышло же. Лучше бы из нее что-нибудь другое вышло. Нормальная песня, например. С Томом Йорком не выйдет, потому что его забанили вконтакте за выкладывание в качестве фотографии профиля изображение одноглазого облезлого пьянчужки с жиденькими волосиками, отирающегося на площади трёх вокзалов.
Radiohead, название которых произносится с благоговейным придыханием, всегда были для меня еще одной группой с ярким лидером, среди всех бесконечных Placebo, Blur, Smashing Pumpkins и прочих, имеющих за плечами эру становления (классическую), период экспериментов с электроникой (да, вы правильно прочитали, «экскрементов с электроникой»), веществами и смелыми политическими заявлениями, и идущий за ними период скатывания (обычно называемый самими музыкантами как «период возвращения к корням»). Одно остается неизменным – Том Йорк всегда ныл, стонал, гнусавил, тянул гласные, имеющие какой-то смысл и значение, открывающиеся лишь суицидникам и поверженным героям, плачущим в подушку. Для меня Том Йорк – это мооо-ооооонииииии бэээээеееееееел и прочие заебывающие «камооооооооон» из «You and Whose Army?»; с тех пор я не понимаю о чем он поет, не обращаю внимания на слова, лишь слушаю музыку. Теперь, как оказалось, от музыки тоже ничего не осталось… Не исключено, что Годрич для Йорка решил не стараться (зачем, если все равно схавают), особенно на фоне альбома двухгодичной давности от группы Ultraista, созданной для души и с нормальным вокалом: порой казалось, что вот-вот и заголосит привычный обиженный жизнью фальцет, но, к счастью, девушка в той группе отработала свой хлеб с лихвой.
Но, вернемся к нашему барану. Нет никакого желания сравнивать Tomorrow's Modern Boxes с прошлым творчеством Йорка, поскольку за последние пять-шесть лет Томас выдал очень много похожего друг на друга материала. Пластиковая перкуссия, которая слишком новая, чтобы быть ретро, но слишком старая, чтобы не быть моветоном. Такого дерьма было (и, кажется, все еще есть) навалом – каждый желал вывести гибрид дабстепа от Burial и синтетической помпезности Four Tet с клавишными потугами и минимализмом Джеймса Блейка, что в любое другое время вызывало приступы смеха у господ с хорошим музыкальным чутьем (слово «вкус» слишком растиражировано, избавьтесь от него), а посему Tomorrow's Modern Boxes вовсе необязателен для прослушивания. Йорку удалось, ура! Он звучит как (а порой даже чуточку хуже) любой другой «спальный» продюсер с макбуком, нажимающий на кнопки, заливающий свое пиликающее отродье на bandcamp и ожидающий денежный чек на миллион долларов, – разница лишь в том, что Йорк свой чек получит. Над всем этим безобразием простирается вокалочка, к которой стремятся все приверженцы нового этого самого r'n'b с чётким посылом: смотрите, нищие неудачники, дело совсем не в вашей хуевой музыке, как вы наивно полагали, не заработав миллион даже спустя пару лет неустанной работы, нет. Просто вы не Том Йорк!
Один мой приятель очень точно охарактеризовал свою неприязнь к новейшей эпохе творчества Radiohead, начавшейся с выходом The King of Limbs (или даже с In Rainbows) – это все равно, что гениальный оперный тенор устроился озвучивать радиорекламу пельменей и объявлять остановки в метро. У Radiohead был карт-бланш: им никто не мешал погрузиться в пучину экспериментов со звуковыми ландшафтами, продолжать исследовать грани голоса, поддерживать свой культовый статус посредством выпуска ранее невиданной музыки, делая новую норму из ненормального. Вместо этого Йорк предпочел развлекать толпу своими конвульсиями (в Интернете пишут – танцами), снятыми на видео. Не, бля, это всегда смешно, когда инвалиды танцуют, правда?
Я послушал этот альбом полтора раза и не желаю к нему возвращаться. И мне есть, за что поблагодарить музыканта. Спасибо тебе, Том Йорк, за то, что в отличие от Боно, засравшего наши медиатеки, ты не нашел способ транслировать свою ненужную музыку прямо в мозг. Я бы этого не вынес… к тому же не помню, кому дал попользоваться дрелью, так удачно пригодившейся бы в случае внезапного появления твоего стонущего всепоглощающего пессимизма в моей височной доле.
Король Телепат и какой-то пацан из интернетов.
Исчезнувшая
Трент Резнор
Тот день
Когда я думаю о саундтреке, то прежде всего вижу голову. Позолоченную сверкающую лысую голову статуэтки кинопремии Оскар. Встретившись с ней однажды в феврале 2011 года, я с легкостью мог представить, что вскрываю этот яркий ослепительный череп, копаюсь в его извилинах, пытаясь выловить идеи для успеха, с целью собрать целую армию позолоченных мужиков. Что тебе еще нужно, Оскар? Если тебе понравилось то, что я сделал для тебя в прошлый раз, удовлетворишься ли ты теми же щами? О чем ты думаешь? Что чувствуешь? Кто мы? Что сделали друг для друга? Что еще нам предстоит сделать?
Многогранность Трента Резнора
Январь 2014
Страницы дневника
Я познакомилась с ним на вечеринке в 2008 году, посвященной выходу уникального альбома Ghosts I-IV, когда на следующее утро все газеты трубили, что у Трента Резнора появилась та самая очаровательная многогранность, которая позволит еще долгое время не списывать хмурого жилистого и прямолинейного, как рельса, мужчину в утиль. Он подошел ко мне с бокалом полным маслин, от чего показался таким эксцентричным, таким милым человеком, который ни за что не обругал бы случайного прохожего «свиньей» и не послал на три буквы. Я была истощена, мне казалось, что подкашиваются ноги, но пришел он и предложил сделать массаж ступней у него в апартаментах: «массажистка там, правда, только одна, но все-таки…». Я влюбилась в его чувство юмора.
Начались годы долгой и счастливой совместной жизни. Меня вполне хватало как на Трента, так и на его боевого товарища Аттикуса Росса (их обоих в простонародье стали величать карлик-нос, поскольку они казались невероятно органичными в своей целостности). Как же шумно мы все отпраздновали переезд Оскара в наш дом! Мы поаплодировали друг другу, когда закончили саундтрек к фильму «Девушка с татуировкой дракона», мы даже с воодушевлением восприняли очередное предложение о сотрудничестве от Финчера, этого старого мерзкого извращенца, которому я однажды перережу горло, выставив хладнокровное убийство в качестве самообороны и крайней необходимости за якобы похищение, удержание и жестокие изнасилования.
В последствие я увидела, как Трент начал отстраняться, ему наскучило работать со мной, он не обращал внимания на меня, на мои потребности и то, что мне интересно, предпочитая сидеть в интернете и писать комментарии “fuck you” по любому поводу: выступил на ГРЭММИ – нахуй ГРЭММИ; кто-то сфотографировал любимого музыканта, пока он ест в корейской забегаловке – нахуй таких фотографов; отражение показало, что Трент скопил немного лишнего веса – нахуй эти кривые тупые никчемные зеркала; птица села на подоконник и запела что-то отдаленно, по мнению Трента, напоминающее «Closer» - нахуй это щебетание, засужу суку, нахуй, нахуй, нахуй! Я чувствовала себя пережитком прошлого, будто вещь, которую взяли по ошибке при переезде на новое место жительства, поддавшись сентиментальности. То, что не очень нужно, то, что можно выбросить. Я чувствую, что могу исчезнуть.
Он изменял мне с этим отвратительным мужиком в дешевой позолоте, будто тот являлся главным показателем признания и чем-то вроде сверхъестественного достижения. Я знала, что мой соперник занимает все мысли Трента, вытесняет меня, диктует свои правила. Он рассматривает меня холодными паучьими глазками, за которыми прячется очень расчетливый ум. Кажется этот человек, которого я люблю всем сердцем, способен меня убить.
Трент Резнор
Тот день.
Она пропала! Моя многогранность пропала! Разбросала по дому пластинки, перевернула мебель, решив подставить моих детей (к своему стыду признаюсь, что на всякий случай их тоже отругал), размазала свиную кровь из холодильника по полу кухни, чтобы жена лишний раз накричала на меня за складирование внутренностей, грязи и прочих «спецэффектов» для концертных выступлений, которые мне не понадобятся, как и предыдущие 10 лет. Я знал, что моя многогранность жива, я чувствовал эту сукину дочь, порой сбиваясь на мысли «правда ли, что я все еще чувствую ее или только убеждаю себя в этом?», возможно ли то, что ее похитили? Например, Билли Корган, который задумал писать два альбома сразу - тут одними наркотиками и чаями не обойдешься… я знаю, я записывал «двойной» альбом. Надо сказать об этом полиции, пусть включат его в список подозреваемых. Но для начала нужно позвонить в полицию.
После нескольких фотографий, для которых я был вынужден нацепить скупую улыбку, и череды автографов меня отправили в пустую комнату, где стоял стол и два стула у его противоположных сторон, а над головой висел дешевый светильник, как в сериалах на HBO, не хватало лишь зеркала на всю стену. В комнату зашли детективы и принесли большую кружку кофе.
- У нас есть свидетели, которые видели ее в заброшенном торговом центре, где сейчас безработные организовали притон и торгуют всяким разным. Поговаривают, что она была чем-то взволнована и интересовалась, не могла бы она купить пистолет и нотную тетрадь.
- Что? Нотную тетрадь? Тетрадь для нот? Какой ужас!
- Может быть, Вы нам что-то не договариваете? Вы не ругались в последнее время?
- Нет, у нас все было идеально. – Еще одна ложь, преподнесенная таким тоном, чтобы эти двое не смогли прицепиться.
- Даже после выхода саундтрека «Девушки с татуировкой дракона?»
- Нет, все прекрасно, а почему вы спрашиваете?
- Ну, вялый же по сути саундтрек… - Полицейский сказал это отмахнувшись, после чего откинулся на спинку неудобного стула.
- Да как ты смеешь, знаешь, наху… - Я вовремя прикусил язык. Остальные вопросы я не помню, они были монотонными, едкими, перефразируя одну и ту же мысль: «это вы убили свою многогранность?».
- Мне кажется, ее мог похитить Билли Корган.
- Почему Вы так считаете? Какой у него мотив?
- Ну, он пишет сразу два альбома…
- Трент, вы слышали его 8 часовой импровизационный эмбиент-концерт, вдохновленный романом Германа Гессе «Сиддхартха»?
- Нет!
- А мы слышали. В тех щелчках, монотонном гуле, дроуне и прочей усыпляющей ереси было больше смысла и разнообразия, чем во всех ваших саундтреках! Билли в отличной форме.
Я еле сдержался, чтобы не ударить его. Позже в полицейский участок влетел взвинченный Аттикус Росс, который интересовался лишь тем, что мы будем делать без моей многогранности, как выйдем из сложившейся ситуации.
- Трент, пойми, нам необходимо записать саундтрек, чтобы он не только идеально соответствовал стильной финчеровской картинке, но и стал пригодным для употребления вне кинотеатров.
- Да, я понимаю.
- Поклонники тебя съедят, если ты не выдашь им порцию любимого звонкого индустриального звучания с резвыми гитарными партиями и текстами, удаленными от здравого смысла на миллион миль.
- Да, я в курсе, пошли бы они наху…
- Трент, пойми, «Пропавшая» - это в первую очередь сатирическая история о том, что даже самые идеальные, на первый взгляд, отношения оборачиваются катастрофой, а за кажущимся блестящим и выкрашенным фасадом скрывается пустота и что-то страшное в темноте глаз человека, которого предали. Это поучительная история о том, что нужно жить в браке, принимая его таким, какой он есть, и всегда разговаривать, ничего друг от друга не скрывая. Отношения должны быть легкими и продуктивными или такими, чтобы с другими людьми уже было скучно… вот как у нас с тобой.
- А ты откуда знаешь? Ты уже фильм посмотрел? Я прочитал книгу до того момента, где муж представлял себе, как вскрывает жене башку и вытаскивает мозги, это же очевидно – мужик псих, маньяк и убийца! Дело раскрыто!
- Трент! Мы должны подойти к этому вопросу серьезно. Те полтора часа инфернальных фоновых завываний необходимо разбавить чем-то, чтобы передать напряженность и неоднозначность сюжета, но сохранив фирменный почерк. – Я открыл рот, но Аттикус знает меня слишком хорошо, поэтому сразу обрубил. – Нет, мы не можем проиграть мелодии из «Социальной сети» в обратном порядке! Нужно что-то более свежее…
И тут нам в голову одновременно пришла потрясающая идея:
- ДОБАВИМ ПОМЕХ!
- И щелчки! И сверлящий звук дрели! И хрип, будто кто-то кому-то сдавливает горло! – Я радостно захлопал в ладоши. Мне показалось, что мы спасены.
- И красивые отстраненные клавишные партии! – Уточнил талантливый Аттикус Росс.
Многогранность Трента Резнора
Неделю спустя
Да, вы все правильно поняли. Я сбежала от него и выставила это все так, будто он решил избавиться от меня. Наверняка его сейчас таскают по допросам и задают один и тот же вопрос – это вы ее убили? Это такая маленькая месть за то, что он не прислушивался к моим советам. Я уверена, что он переговорил с Аттикусом и решил выдать пространный несформированный гул с ПОМЕХАМИ, щелчками и ничего не значащими клавишными партиями, которые бы соответствовали типичной холодной картинке и неспешному (а кое-где вовсе занудному) повествованию, присущими Финчеру последних лет.
Он был слишком предсказуем, мой дорогой Трент, и нет ничего ужаснее мужчины, чьи поступки можно предугадать. Я всегда знала, что он сделает в следующую минуту, будто смотришь одну и ту же осточертевшую рекламу по телевизору в перерывах между матчами любимой команды, которая так и не может занять призовое место. Я была готова наглотаться таблеток и прыгнуть в реку с карманами, набитыми камнями, но, давайте быть честны друг с другом, я все же эфимерное существо, оплакивающее никчемность творческого союза с музыкантом, который не хочет поддаться вдохновению и переступить порог очерченной зоны комфорта. Ему необходимо жить по вызубренным формулам, решением которых неизменно является успех, с погрешностью в виде признания высоколобыми критиками – он либо есть, либо его нет. Технически, я пропала. Фактически, существовала ли я когда-нибудь?
Я поселилась в захудалом мотеле в середине пути в никуда, за это время я успела познакомиться с жертвами реального домашнего насилия: я встретилась с зашуганной и нелюдимой музой Дэймона Элбарна, которая устала от требовательности своего благоверного, выпила кофе с неудачницей, мнящей себя чуть ли не королевой Англии, не умеющей при этом связать двух слов без матершины, которая своим уходом развалила дуэт Death Grips и пускающей слюни девочкой с синдромом Дауна с разноцветным металлофоном в руках, которая, как выяснилось позже, нашептывала на ухо Тому Йорку неумелые слова поддержки. Я даже распила бутылку бурбона с чокнутой взбалмошной, но очень милой и смешной спутницей Ричарда Джеймса, которая просто выбежала в магазин за шоколадным печением. Я познакомилась с ней на заправке, где она заливала канистру дизельного топлива (она сказала, что это для танка – странная, но не лишенная обаяния шутка). Именно она сказала мне, что нет ничего страшного в том, если музыкант молчит и не обращает внимания на советы, ему просто нужен отдых. Кто-то уходит в себя, замыкается, а кто-то «халтурит» на стороне, записывая музыку за деньги, где важен не результат, а количество цифр в чеке, поэтому нет ничего страшного, если в каком-нибудь интервью музыкант скроет истинную причину повышенной творческой деятельности, заключающейся в шуршащих зеленых бумажках с мертвыми президентами, а скажет, например, что вдохновлялся пугающей музыкой в спа-салонах, призванной расслабить нас и убаюкать бдительность, убедив, что все в порядке, даже если там всего одна недружелюбная массажистка.
Я поняла, что в отличие от всех тех дурех, нашедших свое признание в терпимости, выгодно становящиеся слепыми, когда дело доходит до рукоприкладства и работы на износ, Трент ни разу не поднял на меня руку. Он грубил всем, кроме меня. Он любит много и упорно работать, пусть не посвящая меня в свои планы, умеет притворяться разноплановым музыкантом, который делает хорошую музыку, не соответствующую ожиданиям поклонников. Может, я слишком строга и избалована?
Может, мне следует вернуться к нему?
Продолжение следует…
Я не собирался искать рецепт популярности в гугле, поскольку настоящий мужик всегда спрашивает у ясеня. Я не стал спрашивать у ясеня, поскольку он бы не ответил мне, качая головой (ясень с головой, да, я тоже решил, что немного переборщил в то утро, но вовремя вспомнил, что чист уже больше 20 лет), поэтому я сразу отправился к Жилкину с требованием выдать мне секрет популярности и получения «мненравитсяшек», поскольку мои предыдущие рецензии оказывались высокомерным и интеллектуальным мусором «не для всех» (а мы знаем, что случается с теми, кто перестает удовлетворять низменные пристрастия публики – его выгоняют из Дома-2). Жилкин меня любит (я до сих пор не нашел доказательств того, что мы с ним не один и тот же человек) и жалеет, поэтому скомандовал «ФАС!», указав своим изящным аристократичным пальчиком на новый альбом группы Alt-J. И, да, как вы поняли, весь прочитанный вами слезный абзац о проблемах какого-то незнакомого парня из интернета и его все отрицающего доппельгангера, гораздо, нет, я выделю это слово большими буквами, ГОРАЗДО интереснее This Is All Yours. Да, это – претенциозное дерьмо и оно всё ваше!
Люди говорили мне – пойди и послушай группу треугольник, такую милую и хорошую, что она обязательно получит какую-нибудь награду от стареющих критиков, которым только и остается наслаждаться молодостью и гладкой кожей мальчишек на сцене, пока приходится пыхтеть в спальне над зевающей женой. Из знакомства с дебютным альбомом An Awesome Wave я вынес две вещи: 1) мне было скучно слушать музыку группы, солист которой зачем-то срывался на фальцет, будто это добавит ему очков (очков добавит, понятно, да?) и 2) люди врут, поэтому я не должен им доверять. Вот такая история мизантропии с наглядными примерами. С This Is All Yours гораздо проще – я очнулся где-то на треке-со-свистом не в силах понять, что за усыпляющее дерьмо разлилось по жилплощади? Где-то открылся портал из моей квартиры прямиком в пенсионный фонд? Почему мой нос учуял помесь нафталина, бесконечных залежей Красной Москвы и жидкости для промывки вставных челюстей?
Чем плохи Alt-J? Тем, что это нужно умудриться играть на пианино так, чтобы это вообще нихуя не запоминалось. Ребята, это пианино! Оно способно объявить войну и призвать к перемирию, а у вас оно используются так, будто вы об него козявки из носа вытираете. Воздушная гитара, мягкие ударные, какие-то там дополнительные инструменты, которые я не могу точно назвать в силу своего скудоумия (может то, о чем я писал выше и не пианино даже), все это сравнимо разве что с пердежом в луже, который старается выглядеть высокомерно и утонченно при помощи коротких традиционных английских напевов, но факт остается фактом, выглядит это все так, будто молодой интерн, пишущий диссертацию по истории легковесной рок-музыки, выносит ночной горшок Дэвида Боуи, успевшего в свое время вдоволь пропердеться во всех лужах и иных водоемах Лондона.
This Is All Yours не нужен! Он пытается быть веселым, но это получается слишком натужно. Он пробует быть лиричным, но от этого вызывает еще больше недовольства. Он думает, что заигрывание с фолком позволит выделиться среди монотонных коллег по штамповочному цеху, но при этом даже не постарался органично вплести свои понты в общее протухшее повествование – звуковые огрызки накиданы в случайном порядке и сопровождаются совершенно блеклым статичным вокалом. Сложилось впечатление, что солисту группы запретили брать более низкие ноты и играть голосом, поскольку, если он ослушается, прилетит дракон и сожрет его первенца. Скажите ему кто-нибудь, что всегда можно сделать еще одного ребенка, а так бы дракончика пофоткали…
В последнем абзаце я обычно излагаю какую-нибудь обобщенную идею и ставлю оценку (три с половиной наадюшки из пяти), но мне не хочется. Я больше никогда не послушаю этот альбом, я не буду советовать его своим друзьям, я не буду читать мнение людей о нем, так зачем вытаскивать из себя слова, которые рано или поздно сольются в единое значение, за которое в приличном обществе поколотили бы: этот альбом отвратителен! Если вы увидите на улице молодого человека, у которого изо всех щелей (глаз, ушей и прочих дополнительных очков) течет кровь, то не спешите помещать его в карантин! Может, это и не Эбола вовсе, а неудачное знакомство с This Is All Yours. Доброй ночи.
Я помню время, когда за музыкой нужно было охотиться. Когда было принято собирать хорошую музыку в коллекцию и обмениваться с пацанами дубликатами mp3-треков – «Copy of 05. VENTOLIN.mp3» к примеру, и всё в таком духе. И если со временем необходимость иметь личную коллекцию и темнокожего слугу, который бы по первому удару кнута удалённого управления ставил нужный трек, пропала, то удовольствие копать музыку не исчезло. Между тем, в последнее время я наблюдаю новый тренд: мы поменялись ролями, и теперь музыка охотится за мной. Боно, почему я одним утром обнаружил твоё говно в своём унитазе (не отверчивайся, я провёл биопсию этого куска и старых альбомов U2 – всё совпало), а? Наадя, почему же я, даже свалив в долбанную Азию, всё равно из всех интернет-щелей слышу о твоём полнометражном высере, место которому разве что в музее капитал-шоу «Поле чудес» среди других диковинных и столь же бессмысленных российских поделок вроде русской печи с примощённым вентилятором Toshiba и торчащим из трубы солнцезащитным зонтом?
Сколько бы огненных хуёв в своё очко не заслужила в загробной жизни Наадя бездарной музыкой, давайте будем объективны – сам по себе альбом не стоит и грамма ненависти, как и любая другая посредственная пластинка, которых в день штампуют десятками. Так что же выделяет этот средней руки альбом из гущи точно таких же?
Не что, а кто. Ёбаные пиарщики. Помимо шести музыкантов в группе (и это не считая Наадю, хотя кто её считает за музыканта?), за Наадей стоит фронт людей, которые занимаются тем, что вежливо зовётся «медиа» (чтобы ни в коем случае не обидеть слабоумных). Ну, это типа то, где ты, лайковый планктон в глазах этих людей, сейчас читаешь этот текст. Эти самые люди лезут во все щели, пользуются вечной пустотой больших имён на российской инди-сцене и ленивостью редакторов, которые не способы оторвать свою жирную задницу от стула, чтобы встать, сесть на стул и поискать немного действительно хорошей музыки в интернете. Договариваясь о репостах, премьерах, фичерах и интервью эти люди самым циничным способом эксплуатируют пока что отсутствие засилья таких же как и они пидорасов в инди-сегменте вкупе с простым и прискорбным фактом: большинство лодырей в «медиа» просто не знают, о чём писать. Куда проще сделать репост уже подготовленного материала.
Наадя – хороший маркер клики рукопожатых мудаков, имеющих секретное приветствие – согнутые в виде сердечка пальцы (ну, или оттопыренный большой для FB). Если материал про Наадю с эпитетами «главное событие в русской музыке 2014 года» появился на вашем любимом сайте, будьте уверены: его редакция решила просто поиграть в лойсотрон, поднять посещаемость, а затем коллективно потеребить друг другу соски и излиться семенем на горб графика заходов на страницу во время еженедельного совещания.
Очевидно, что самоуважение, равно как и чувство брезгливости, не оставляет возможности на полном серьёзе послушать эту пластинку. Но если представить, что я каким-то чудом в параллельной вселенной наткнулся на одноимённую пластинку никому не известной Наади … Можно совместить приятное с полезным – отсоединиться на время от Интернета, прекратив участие во всей этой нелепой медиа-вакханалии и заодно подрочив на свою голую девушку на реальном диване, но от песен сбежать достаточно сложно. Нет, они не застревают в голове, не кажутся откровением, лишь оставляют неприятный привкус во рту. Какого, простите, хуя Грицкевич так выпячивает свое умение (умение ли, хах?) писать песни на русском языке, если весь их смысл сводится к джеймсблейковщине «почему ты не звонишь? – я люблю тебя малыш!» (ответ прост: будь мужиком, для этого эволюция наградила тебя яичками навыпуск, набери хотя бы ими номер на сенсорном экране, если пальцы отказали). Знаете, даже у желторотой Lorde больше смысла в песнях, хотя, казалось бы, откуда малолетке знать про жизнь?
Наадя любят вуалировать-вуалировать, да не вывуалировать, сохранять серьезный тон, рифмовать другой-дорогой, сожжено-пшено, каша-страшно, тени-цианид, при том, что сама Грицкевич (если, конечно, это она, а не какой-нибудь очередной менеджер) в интервью общается как провинциальная пэтэушница, а на вопрос радиоведущего «что такое лауданум» предпочитает отвечать «погугли!». И можно было бы сделать скидку, не стой за именем Наадя стояла сытая московская ряха, выдумывающая себе проблемы на пустом месте: подали холодный маффин и митболы не разложили на тарелке по фэн-шую – срочно писать песню про сломанное общество (зарифмовав со словом «ничтожество»).
Ярким примером служит картинка, посвященная объявлению о предзаказе ипишки «Сто дней» на iTunes, на которой Грицкевич что-то там болтает, но ей «не хочется дальше развивать метафору», а под конец, пытаясь казаться остроумной, тратит пространство спама на слова вроде «а по композиции тут уже вроде как должно быть заключение». В общем, тут уже вроде как песни Нади открыли ачивку «рифма – хуифма». Дорогая Надя, ты была в микроскопической близости от того, чтобы урвать главный приз, но в нашей палате мер и весов первенство по-прежнему занимает строка «бип-бип-бип, твой сигналит джип!». Старайся лучше в следующий раз.
Цифры. 2 хорошие песни (я не буду издеваться над вами, заставляя искать самим, – это «Сестра» и «Омут»), 3 отвратительные, остальные – нормальные. Вполне средний результат, из которого надо извлечь выводы и двигаться дальше к смещению пропорции в лучшую сторону. Если отобрать с пластинки самое сильное, получилась бы крепкая EP, но именно с альбомом очевидна слабость русской сцены: многие могут накидать песенки, никто не может сделать полноформатную пластинку (нет, Наадя, накидать МНОГО песенок, сделать обложку и сказать пиарщикам «Фас!» – это ещё даже не полдела).
Самое хорошее, что можно сказать про каждую песню, это то, что Наадя изобретательно использует свой откровенно слабый голос – он звучит отдельным инструментом и крайне узнаваемо уже под конец пластинки. Но музыка — какое-то время назад мы начали смеяться над тем, как лишённые чувства реальности вчерашние альтернативщики рокуют налево-направо своими громкими и лишёнными изобретательности гитарами. Не пора ли сменить объект насмешек, ведь буквально у нас под носом копошатся люди, которые без доли фантазии надевают на себя униформу увядшего букета звука из индитроники и дабстепа – просто потому что так принято (вот вам свежий пример в лице ненужного альбома от SBTRKT)?
Вы серьёзно считаете, что сейчас нет русской музыки лучше, чем это, для водружения на иллюзорный трон в медиа? С другой стороны, если у нас ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нет более достойного кандидата для коронации, то мы с вами в незавидном положении – в середине «сложноорганизованной» цепочки человеческой многоножки. Музыканты первые и получают вроде как достойную пищу из идей, стремлений и желания высказаться, переваривают это все в своих бесталанных желудках, отправляя зловонный продукт переработки прямо в хавальник своим менеджерам, которые, как вы понимаете, очень пытаются создать из полученного дерьма сочный бигмак, но система пищеварения так не работает.
И если конвейерный процесс втюхивания этого аморфного, опоздавшего года на 4, вялого и попросту ленивого куска альбома под видом гимна своего поколения не вызывает протестов со стороны этого самого поколения, то вывод тут очевидный: все эти модные люди, в чьи задницы так усердно запихивают Наадю, столь же аморфны и вялы как и музыка Наади – потому и не протестуют. А, значит, заслужили то, что с ними происходит, и мне их нисколько не жалко. Пидоры.
В завершение надо процитировать саму певицу. Да, Надя и вся твоя труппа безыдейных криворуких проглотов — вы вроде того, чем мы вас возомнили.
Давайте сразу обговорим главный критерий оценки – на мой взгляд, не существует большего одолжения (читай – унижения), чем делать скидку русскоязычному музыканту путём накручивания «баллов» только за выбранный язык и, простите, прописку. Коль назвался груздем и делаешь европеизированное (по мнению большинства) звучание, так будь оценен с точки зрения мировой поп-культуры. Да, для пост-советского пространства (особенно в сравнении со всеми бесконечными в своей ограниченности наадями-моторамами-блиндерами-теслабоями и прочими ануками) это очень круто, стильно, можно, молодежно, пусть и откровенно заебало. Но во всеобъемлющих рамках музыки, неделимых на гендерность, геоположение, язык и, черт с ней, жанровость, творчество Ивана Дорна – это слащавый конъюнктурный балаган с достаточно зыбкой гранью, разделяющей «фан под водочку» от навязчивости с неизбежным позевыванием.
Есть определенная категория музыкальных работ, чье время наступает только после того, как в меня вселяется бутылка крепкого алкоголя, после чего моя русская душа испытывает сочувствие всем персонажам пестрых кинолента из Болливуда — ей хочется так же петь и танцевать. Вот тогда уже не до пинкфлойдов, подавай ритм попроще, да текст позабористее, чтобы можно было поскакать и поорать всякие глупости. Раньше с этой задачей справлялась группа «Ленинград», но в эпоху ароматизированного воска для бород, повального изучения внешней политики, антикоррупционных отчётов и финансового рынка (я не нашел иного объяснения тому, как девятиклассники умудряются связать повышение курса евро с ценами на нефть и деятельностью организации "Исламское государство"), спорной мечущейся сексуальности и вытатуированных на шее цветов даже у парней, неотесанный потный мужлан в заляпанной майке не кажется таким уж желанным гостем на вечеринке молодых и креативных. Позвольте, каждый пост моего паблика об инди-музыке в среднем собирает две-три тысячи лайков, какие могут быть «лето-дачи-лопаты-хуячим»? Как это может сравниться с волшебным пассажем «продюсер – в искусстве мусор» под вторичную трэп-трескотню, которая вполне могла быть издана под маркой лейбла Тимати и получить презренное «фу, дерьмо!», но с гордостью сжирается, будучи помечена брэндом «Иван Дорн»? В тот момент, когда желание топать ножкой в такт испаряется, начинается исследование смысловой стороны альбома. Не повторяйте мою ошибку: не слушайте слова, не разбирайте мелодии, воспринимайте Randorn как киноленту Майкла Бэя – отключите мозг и смотрите на взрывы, пока не наскучит.
Я пресытился отзывами об альбоме, который на обложке, зачем-то, читается как «гандон», и до последнего надеялся, что вот сейчас я послушаю и попаду под магию очарования хауса «хотелось как у Nightcrawlers, а получилось как у Disclosure» и позорно заткнусь, смешавшись с восторженной толпой таких же ностальгирующих по карикатурным отечественным рэйвам под дебютный альбом группы Гости из Будущего, но у меня получилось долбанное ничто. Несмотря на обильную порцию ругани, высказанную в адрес дебютного альбома Disclosure, паразитирующих на малолетках, которые не догадываются о существовании Discogs и Head Radio в GTA III, у меня в плеере прочно засело несколько их композиций. В случае с Дорном я даже не знаю, что должно произойти, чтобы мне захотелось послушать его музыку в повседневной обстановке… Разве что мой бойфренд надует губки, и будет грозиться бросить меня, если я не поставлю в медиатеке iTunes как минимум 4 звездочки. Вот тогда я буду слушать! Я же музыкальный критик, я не могу просто так ставить звездочки нелюбимой музыке… придется полюбить!
Randorn рассчитан сугубо на тех, чьи поиски музыки ограничиваются рекомендациями социальных сетей, случайными радиостанциями в офисе и вкусами мохнатого водителя-диджея в маршрутке. Остальные же вряд ли позволят этому альбому проникнуть в свою жизнь. Серьёзно, зачем кому-то сборник треков, напрочь лишенных развития и разнообразия (к примеру, вчера я не справился с импровизированным квестом «Найди десять отличий у «Телепорт» и «Невоспитанный»)? Неужели вы не наслушались пластикового гэриджа пять лет назад? Разве вы еще не устали от этого сиропного рнб, даже не пытающегося быть оригинальным? Вам не кажется, что фраза «давай, вставай» - это мантра и единственное пожелание на новый год мужчины за сорок с эректильной дисфункцией? Старое доброе высказывание о том, что каждый думает в меру своей распущенности, превратило для меня Randorn в настоящее испытание, задачей которого было не взорваться от хохота, особенно в момент звучания дешевых синтов и глупейшей обработки вокала в «Мишка виновен». Здесь я тоже не справился.
Если углубляться в сравнения, то Дорн мне еще должен быть благодарен; я выписал ему пригласительный в Палату Мер и Весов Убогих, тем самым выказал честь – его соседом по полке для экспонатов является Том Йорк. Иван, сообщите скорее свой точный домашний адрес, мы направим вам счет за оказанную услугу. Вот только не нужно делать изумленный вид и задавать глупые вопросы по поводу обоснованности ненависти. Я считаю, что ненависть – это единственная возможность оказаться двум бездарям – Йорку и Дорну – в одном дефектном ряду. Судите сами: оба не сказали ничего нового, лишь повторили давно пройденный и вызубренный материал, которым другие люди оперируют гораздо изящнее и виртуознее, но не делают этого, поскольку… а нахуя? Зачем, простите, заниматься пустоголовым клишированием и топтаться на месте, когда можно отправляться в путешествие, исследовать границы звука, его болевой порог и добиваться публичного проявления чувств? Страх перед неизведанным? Нужно лишь сделать шаг… Лень? Видимо, лень является залогом успеха и секретным ингредиентом значимого события.
Да, вы только что познакомились с главным русскоязычным альбомом года! Родом из Украины. Да, вот так в России все хуево с русскоязычными альбомами.
Я люблю Pink Floyd. Точнее, я люблю говорить всем, что люблю Pink Floyd – это не только секрет успеха и причина для высокомерия в кругу почитателей каких-нибудь томов йорков, но и возможность избежать общения с людьми. Они спрашивают, слышал ли я новый альбом любого исполнителя, на что есть готовый ответ: «нет, я не слушаю это говно, я люблю Пинк Флойд». И все, люди исчезают из моей жизни… Помнится, когда я написал в разноцветной анкетке своей одноклассницы «Pynk Floid» в качестве ответа на вопрос «Твоя любимая музыка?», она благополучно сожгла тетрадку. Думаю, дело было вовсе не в грамматической ошибке, просто девочка поняла, что взросление пришло вместе с появлением пинкфлода в ее жизни. Она начала курить в 12 лет. Это было полезно, я стрелял у нее сигареты.
Естественно, знакомые решили расспросить меня про The Endless River. Я попытался послушать этот альбом, но мой инстинкт самосохранения вовремя дал о себе знать и выключил музыку после 5 минут – кисть по инерции нажимала кнопку стоп, пальцы в балетном па захватывали shift + del, руки поднимали системный блок и выкидывали его в окно. Волею судьбы я оказался в квартире коллеги, который захотел сделать мне сюрприз: оставил одного в помещении, обставленном в минималистичном стиле, где из мебели были лишь белый кожаный диван и стол из прозрачного стекла, на котором стояли бутылка с лосьоном для рук и большая упаковка бумажных салфеток. Раздался характерный «щелк» и отовсюду полилась музыка – где-то под потолком и у основания пола спрятаны колонки, но я не вижу источника. Коллега вздумал подарить мне час наслаждения наедине с The Endless River в то время, пока сам отправился загород за покупками. Как же я орал, как же я стонал, как же я звал мамочку, лишь бы прекратить эти мучения. The Endless River – это одна бесконечная сопля, тянущаяся из носа кого-то, мнящего себя высокородным музыкантом. Такая, знаете, зеленая омерзительная сопля, вытягиваемая на полметра из ноздри, которая если окажется на ладони, то хрен стряхнется, придется бежать в ванную.
Я бы мог пошутить про названия песен («Nervana» - китайская подделка в духе легендарного абибаса на понятно какую группу), про пафосную обложку, про восставших зомби Гилмора и Райта, про пиздлявого Хокинга в «Talkin' Hawkin'», но создается впечатление, что все эти хиханьки будут вторичными по отношению к невероятно ебнутой музыке, пародирующей саму себя каждую минуту, словно набралась привычек у продавцов-консультантов, заебывающих фразами «Вам что-нибудь подсказать?». Да, подскажи мне, как выбросить тебя в окно и не получить за это статейку из Уголовного кодекса, надоедливое ты чмо с потным лбом и вонью изо рта. По всем показателям The Endless River звучит как тот самый христианский рок – спокойное умиротворяющее вступление, напоминающее звук диал-апа, замедленный в 8 раз, который в обязательном порядке перебивается соляком восторженной гитары, а для полноты картины не хватает только надменного вокала, который во всех подробностях расскажет о греховности секса не ради размножения. Уверовали? Мы тоже нет. В памяти остается эта гитарная выскочка; ох, был бы у гитары рот, из него бы во все стороны летели слюни – с таким увлечением и нескрываемым восторгом она рассказывает о себе и своих достоинствах.
Про Пинк Флойд можно (и даже нужно) сказать много хороших вещей, но я оставлю это образованным критикам, которые прикусят губу, покраснеют от натуги и не сравнят The Endless River с The Dark Side Of The Moon, даже не упомянут в одном предложении как я сейчас. Но все эти слова будут относиться к персонам за музыкой стоящим, сами же мелодии отодвинутся на план второй, поскольку ничего нового они не преподносят. Набор в меру возвышенных звуков, словно искупление за годы творчества, которое уже язык не поворачивается назвать приписываемым ранее арт-роком, остались истлевшие останки блюза, засахаренного эмбиента, воздушность клавишных и, несправедливо изъятые, ангельские трели. По крайней мере хор прыщавых ангелочков казался неизбежным, но я так и не смог закончить прослушивание альбома.
Салфетки, призванные скрыть следы моего потенциального самоудовлетворения, зажглись. Пожарные в отчете написали, что произошло самовозгорание из-за потусторонней силы неуемной злости гражданина, находящегося в квартире. Предварительно я отодрал плинтус и нашел тонкие провода, подцепил их пальцем и разорвал. В тот же миг музыка стала звучать тише, я прошелся по комнате и понял, что колонки над полом больше не играют. Я достиг точки кипения в тот момент, когда гитара снова изогнулась уродливым горбом и решила выступить на первый план, ясно обрисовав в моей голове контуры топора, которым я бы смог расхерачить все стены в этой тюрьме и усыпальнице. В доме моего коллеги не было топора, но, как учили нас голливудские киноленты, топор берут с собой пожарные, когда невозможно открыть входную дверь. Поймите, я бы мог спастись, разбив окно и выпрыгнув на улицу, но это было делом принципа – мне нужно, чтобы Pink Floyd навсегда заткнулись. Знаете что? Я выполнил свое предназначение… Только возникла другая проблема, люди теперь думают, что я не очень-то люблю Pink Floyd и обманывал их все это время. Не велика потеря, найду себе другую группу-ширму, которая точно НИКОГДА не выпустит еще один альбом. Может, AC/DC?
После череды сюрреалистичных заголовков в духе «Билли Корган начал торговать чаем», «Билли Корган снимает реалити-шоу про рестлинг», «Билли Корган отыграл 8-часовой эмбиент-сэт по мотивам романа Германа Гессе «Сиддхартха» простая новость о том, что «Билли Корган выпустит два новых альбома» вызывает недоуменность вкупе с ставшим уже мемом выкриком из киноленты Джанго освобожденный «Что этот нигер себе позволяет?». От Билли мы ждали вообще всего, что угодно: что он сменит пол, начнет выращивать грибы подмышкой, переснимет трилогию «Матрица» при помощи желудей, наперстка и фигурки Иисуса, поскольку безволосый мегаломаньяк вот уже три года занимается всякой хуйней. Посему будничное известие от лейбла BMG, собирающегося гонять лысого для записи двух полноформатников, один из которых – Monuments To An Elegy – является героем второго плана в этой рецензии, казалось громом среди ясного неба. Что? Еще один альбом Smashing Pumpkins? Как будто дешевых нефти и рубля нам было мало! Спасибо, Господи, за еще одно испытание!
Аксиома – каждый любит Smashing Pumpkins, но только определенный период. Я любил группу Smashing Pumpkins ровно до выхода альбома Gish, а если ты, мой маленький читатель, недавно написал свое первое «президентское сочинение» для допуска к ЕГЭ на тему «почему Лермонтов не хуйня», поясню: Gish – это дебютный альбом Smashing Pumpkins. Теперь ты должен поразиться моему потрясающему чувству юмора, поскольку я любил потенциальную группу Smashing Pumpkins до того, как услышал их первую песню. Мне был симпатичен Билли Корган и все те истории, что окружали его тогда еще обезображенную жиденькими волосиками тыковку. Если верить Интернету и независимым летописцам истории гранжа, то Билли и Курт Кобейн изначально шли ноздря в ноздрю – записывались на одной студии, избивались плетьми одного продюсера, снюхивали кокс упомянутыми ноздрями с тогда еще упругих сисек Кортни Лав и, чего уж, оба были постоянными посетителями ее межножной «пещеры ужаса» (кроме тех случаев, когда Кобейн не искал утешения в постели другого лысого, возглавляющего группу REM (договаривался на счет разогрева для своей группки). Есть мнение, что Курт очень вовремя решил попробовать ствол на вкус (реально, натурал засунул бы продолговатый предмет себе в рот?) из-за чего обрел статус какой-то там культовой личности. Если бы Билли был шустрее и раскинул мозгами на весь гостиничный номер вместо пергидрольного нобдолбыша Курта, то, возможно, все говнари поклонялись «Siva», а Кобейн выдавал из себя омерзительное слащавое cherry blossom под сухое тыц-тыц, как это делает сглатывающий слюну Корган в «Being Beige».
Вы же знаете, что единица памяти является постоянной величиной, а, познавая что-то новое, мы забываем что-то старое, поэтому, когда я запомнил эту информацию и осознал, что запамятовал алгоритм варки самогона по бабушкиному рецепту, то проникся жуткой ненавистью к Билли Коргану и всему тому дерьму, что он называет музыкой.
А теперь минутка элитарного юмора, которая позволит вам почувствовать себя ближе к знатокам музыки! Знаете ли вы, что группа Smashing Pumpkins – это аналог отечественного Дома-2, с той лишь разницей, что собирает отбросов, умеющих держать гитару или барабанные палочки в руках и теребить хотя бы две струны или делать какую-нибудь простую штуку за драм-установкой. К концу 2025 года каждый мнящий себя музыкантом хотя бы 15 минут, но побудет участником Smashing Pumpkins, помяните мое слово.
Давайте вернемся к началу второго абзаца и выясним, почему же Monuments To An Elegy, как любили говаривать наши родители, ни в армию красную, ни в вагину прекрасную. За время своего существования Smashing Pumpkins наскребли себе целый перечень достоинств, которые придутся по душе в том или ином количестве каждому человеку на планете, от чего этот самый среднестатистический потребитель будет требовать продолжения именного того банкета, что ему по карману и удовлетворяет потребности.
Monuments To An Elegy вообще не способен хоть как-то порадовать любителей прошлого творчества лысой башки. Судите сами: нам подсунули девять песен, в которых обыденное бренчание в духе последних лет Placebo соединено с выпуклой ударной партией, вшивыми и покрытыми лишаем синтетическими искорками как у The Killers на втором альбоме, посреди которых гордо простирается быстро утомляющий голос Коргана, чья лирика готова сразиться за звание пустоголовости с самой Ланой Дель Рей. И если Ланочка – девочка и может себе позволить рифмовать слова «eyes» и «lies», то перечисление всех дней недели и двадцатикратное повторение фразы «run to me» вызывает лишь одно желание – выключить скорее и никогда не возвращаться. Любители Mellon Collie and the Infinite Sadness плачут горючими слезами – от былого разнообразия и удачно организованных перебежек между крайностями не осталось и следа; любители Siamese Dream смотрят на эти звуковые потуги и заливаются смехом (их можно понять – даже в песне про майонез Корган был максимально собран и чувствовалось, что все под контролем); приспешники Zeitgeist могут позволить несколько одобрительных покачиваний головой, но мнение этих несоображающих обезьян предлагаю считать погрешностью и не принимать в расчет. И только почитатели Adore, которых раз за разом макают лицом в эти агрессивные гитарные помои, будто нельзя собраться с силами и записать продолжение гениальной наэлектризованной «Pug», тихо стоят в сторонке и отказываются комментировать происходящее… они продолжают молиться.
Как видите, обсуждать околомузыкальные сомнительные достижения Коргана гораздо интереснее, чем разглагольствовать о его прямом предназначении. Smashing Pumpkins звучит как любое дерьмо с радиоволн, специализирующихся на альтернативной музыке для буйных подростков. Если бы Билли вышел на публику с облупленными черными ногтями, подвел глаза подводкой, нацепил огромный крест, покрасил гитару красным лаком, взял пухлого (пухлее себя, имеется в виду) бэк-вокалиста и назвался, к примеру, Yellocard, то вопросов не было… никто бы не обратил внимания на эту стонущую помойку. Билли Корган может сколько угодно долго возвращаться к агрессивным корням, стремиться назад в 90-е или заигрывать со второсортной электроникой в духе «дипи шмот для бедных», но до тех пор, пока Smashing Pumpkins не вернут себе стержень, ныне напоминающий сколиозный позвоночник твоего дедули, я отказываюсь слушать эту срань.